Костёр мы не разводили. Было не так уж и холодно, просто прохладно, да и жарить нам было нечего, так что привлекать внимание к и без того неубедительно замаскированному укрытию мы не стали. Плоды хлебного дерева оказались вполне съедобными, хотя таких и было всего пять. Тринидад без особого аппетита доедала первый, я доедала второй и уже ощущала сытость. Хорошие эти фрукты: почти не сладкие, сытные и сочные. Можно есть без желания запивать.

– Ешь активнее, – хмыкнула я. – А-то смотреть невыносимо.

– Не переживай, через час ты не то что моего лица, даже моего силуэта не увидишь.

Я бросила взгляд на плотно заложенный ветками выход. Сумерки и вправду уже начали сгущаться в темноту. В нашем убежище и вовсе уже было по-настоящему темно.

– Надеюсь, этой ночью обойдётся без Чёрных Страхов, львов, Блуждающих, Люминисценов, твоего предсмертного состояния, и в результате мы благополучно доживём до рассвета.

– Надейся, – Дикая неоднозначно ухмыльнулась.

Где бы я чувствовала нас в большей безопасности? Здесь или на очередном дереве? Бессмысленный вопрос. Из-за пострадавшей головы Тринидад, этой ночью на дерево нам ход был закрыт – опасность головокружения, а значит и падения с дерева, была слишком высока. Ломать себе шею подобным образом не хотелось. Да и вообще никаким образом не хотелось.

– Яр сказал, что на них уже нападали и даже порезали, – задумчиво произнесла я.

– Он так сказал?

– Да. Но не сказал, кто именно напал… Интересно было бы узнать, кто на такое способен.

– Он с Абракадаброй, к примеру, оказались способны.

– Да, но кто ещё? Ты хорошо всех их знаешь. Как думаешь, кто?

– Думаю, на насилие здесь способны все.

Я ещё сильнее нахмурилась вспомнив, как чуть не решилась забить Яра до смерти всего лишь поленом. Мне не хотелось это обсуждать.

– Они хорошо продумали нападение, – признала я. – Зашли сзади, напали с минимального расстояния… У нас не было ни единого шанса выстрелить, – я слегка приподняла брови. – Ещё Яр сказал, что они не собирались убивать нас – только ограбить.

– То есть если бы я отбросила душу после того, как влетела в пень – это была бы всего лишь случайность. Как-то не очень успокаивает… И головную боль не снимает.

– Да уж… – я непроизвольно прикусила губу. – Кстати, запомни: я второй раз за прошедшие сутки спасла тебе жизнь, – я начала разгибать пальцы из кулака, – сначала отбила от тебя Чёрного Страха, затем отбила тебя у Абракадабры с Яром.

– И вправду удивительно. Обычно ведь я спасаю твою задницу. Выходит, я всё-таки правильно выбрала себе союзника.

– А ведь мы знакомы лишь две недели. Странно это, – я невольно нахмурилась. – По идее, ты должна была быть больше связана не со мной, а с теми, о ком заботилась больше, чем они в принципе способны заботиться о ком-либо, не то что о тебе. Ради них ты каждый день выживала в Тёмном лесу… Ты единственная, кто в Паддоке бросился за Нэцкэ и в итоге спасла её от кажущейся неминуемой участи быть съеденной Блуждающими. И ты единственная, кто подумал о том, чтобы оставить сообщение в Паддоке для тех, кого туда ещё могут закинуть. Как так получается, что человек с такими стальными яйцами, как у тебя, способен обладать таким уровнем эмпатии?

Дикая промолчала, но я почти увидела, как её брови сдвинулись к переносице. Отбросив косточку от хлебного плода к противоположной стене грота, она вдруг спросила, тем самым подтверждая своё нежелание отвечать на мой вопрос:

– Как думаешь, кого-то ещё закинут в Паддок?

– Я не знаю…

– Ведь если закинут, и эти люди прочтут оставленное мной послание, они попадут в Конкур.

– Всё это бред. Мы ничего не знаем наверняка даже относительно себя. Зачем ещё выдумывать каких-то персонажей, которых не существует, и размышлять о их несуществующих судьбах?

– Пожалуй, ты права.

На этом наш разговор закончился.

Дикая пораньше улеглась спать, быстро отключилась и проспала всю ночь. Я же, оставшись в карауле, долгое время не могла сомкнуть глаз, раз за разом прокручивая события минувших суток от встречи с Чёрным Страхом до стычки с Яром и Абракадаброй. Но приблизительно за пару часов перед рассветом я не заметила, как вдруг провалилась в крепкий сон. В результате я проснулась при дневном освещении, из-за неожиданного толчка в правое бедро. Открыв глаза, я сначала не поняла, где именно нахожусь…