Шрифт:
– У тебя тоже ничего, - ответил он, неожиданно сдёрнув с неё одеяло.
Она села в постели, поджав колени к груди.
– Кошмар. До чего я дошла. Вот никогда не думала даже, что смогу целоваться с посторонним человеком.
– Какой же я посторонний.
– Он сел на постель, и положил её ноги себе на бёдра, лаская её колени.
– Мы теперь с тобой повязаны одной ниточкой. Мы ведь с тобой теперь подельники. Совместный угон государственного транспортного средства. Совершённый по предварительному сговору и с особым цинизмом. Как думаешь, много нам светит за угон трамвая?
Она не дала ему договорить, потому что его мягкие широкие губы слишком сильно манили её, и Нина снова притянула Михаила к себе…
Глава 31
Работа на рынке имеет свои достоинства - ты всегда можешь принести домой безупречно свежие, отборные овощи, фрукты и зелень. Не говоря уже о рыбе.
Нина нарезала тонкой соломкой очищенные яблоки, морковь и огурчики, всё перемешала в своей любимой чёрной миске. Полила соком лимона и заправила сметаной. Сверху украсила ломтиками помидора, не забыв их посолить и поперчить.
На вкус помидоры оказались сладковатыми, и Нина решила, что они прекрасно подойдут для болгарского омлета. Она ошпарила один, самый красный, томат и сняла с него шкурку. Нарезала кружками и бросила в шипящее масло на сковороде, где уже поджаривались красные стружки сладкого перца. Туда же отправился зелёный лучок. Пока зелень жарилась, Нина взбила яйца с молоком, добавив чуть-чуть муки и соды. Осторожно, чтобы не расплескать кипящее масло, залила взбитой массой пассированную зелень и быстро переставила сковороду в духовку. Вот теперь от неё требовалось внимание - надо было уловить момент, когда корочка на омлете станет достаточно румяной. Но тут зазвонил телефон.
– Будьте добры, Михаила Анатольевича.
– Вы не туда попали, - Нина бросила трубку и кинулась к духовке.
Телефон зазвонил снова, но Нина успела вынуть сковородку с омлетом и установить её на деревянную подставку.
– Барышня, я всегда попадаю туда, куда надо. Позовите Михаила Анатольевича. Немедленно.
Женский голос в трубке звучал сухо, но никакого раздражения в нём не было. Можно подумать, что на другом конце провода привыкли к тому, что Михаила Анатольевича подзывают к трубке только после долгих уговоров.
– Ничем не могу помочь, - ответила Нина.
– Здесь нет никакого…
Она осеклась на полуслове, вспомнив, что в её постели сейчас нежится человек, которого зовут Михаил. Этой ночью она не спросила о его отчестве, как не спрашивала вообще ни о чём.
Почему бы ему не оказаться Михаилом Анатольевичем?
– Простите, - сказала она.
– А кто его спрашивает?
– Изольда Артуровна. Я его секретарь.
– Боюсь, что он не может сейчас подойти, - понизив голос, сказала Нина.
– Не понимаю, вы боитесь или он не может?
– с едкой иронией спросила секретарша.
– В таком случае передайте Михаилу Анатольевичу, что члены правления банка прибудут, как он и назначил, к девяти часам. Машина за ним уже выходит.
Нина заглянула в спальню и увидела, что Михаил сидит в постели. Он улыбался, глядя на неё.
– Тебе звонила женщина с оперным именем. Я не запомнила, извини. Что-то из Вагнера, что ли.
– Изольда, - рассмеялся он.
– Что говорит?
– Правление банка прибудет к девяти. И машина выходит за тобой.
– Что у тебя на щеке?
– спросил он, показывая пальцем.
– Дай я вытру.
Она доверчиво наклонилась к нему, а он притянул её к себе и принялся целовать. Так они и целовались в постели, пока снова не зазвонил телефон. Нина попыталась взять трубку, но Михаил всё не отпускал её
И тут рядом с ними прозвучал голосок Петьки:
– Слушаю вас, Силаков.
Нина, ахнув, вскочила с постели и, поправляя халат, выскочила на кухню. А сонный Петька тут же забрался на её место в постель и, устроившись рядом с Михаилом, передал тому трубку:
– Тебя.
Михаил подмигнул Петьке и ответил в телефон:
– Слушаю, Колесник. А, Вова… да-да, голубчик, выезжай. Ну, куда-куда… - закрыв трубку рукой, он спросил у Петьки.
– Слушай, мы сейчас где? Территориально.
– Как где? Дома.
– А-а, ну да, действительно. Домой выезжай, голубчик. Да нет, не на Сокол. Спроси у Воронина, он в курсе.
Прислушиваясь к его голосу, Нина расставляла посуду на столе. Она отгоняла тревожные мысли, стараясь сосредоточиться на обычных домашних хлопотах. Ей было хорошо и стыдно оттого, что так хорошо. Возможно, Михаил женат. Возможно, они больше никогда не увидятся. Возможно, она будет страдать без него. Всё возможно, но сейчас ей хорошо. А воспоминания о прошедшей ночи кружили ей голову, как шампанское…