– Доброе утро, Тигран.

– Иди, переодевайся, Нина, скорее, - старик крякнул, поднимая тяжёлый ящик.
– Мелкого минтая привёз. И аргентинку недорогую. Бабульки набегут, много работы будет.

Он скрылся в павильоне, и Нина, как бы извиняясь за него, сказала Михаилу:

– Вот такой у меня хозяин. Но он добрый, ты не думай. Просто – деловой до ужаса. Ничего, кроме своей рыбы, не замечает.

– У тебя нет хозяина, - тихо проговорил Михаил, держа её руки в своих.
– Ты сама себе хозяйка. И моя тоже. Ну, до вечера?

– До вечера.

Говоря, что хозяин рыбного павильона не замечает ничего, кроме товара, Нина явно недооценила способности бокового зрения Тиграна. Как только «Вольво» и «Гелендваген» выкатились за ворота рынка, старый армянин распрямился над прилавком и, провожая машины мрачным взглядом, спросил у Нины:

– Увольняешься, да?

Нина, поправляя шапочку перед зеркалом, пожала плечами:

– И в мыслях такого не было. Чем я тебя не устраиваю?

Она быстро раскладывала товар, тихонько, про себя, напевая мелодию, которая всё утро неотступно преследовала её.

– Хитрый у тебя мужик.
– Тигран поставил ещё один ящик под прилавок.
– Сам на джипе, охрана впереди на «Вольво». Все думают, в джипе шестёрки сидят. Хитрый. Он кто, бандит? Банкир? Депутат?

– Он? Простой советский финансист, - рассеянно улыбаясь, ответила Нина.

– Увольняешься, - мрачно заключил Тигран.
– Можешь мне поверить. Я двух сестёр замуж выдал. И трёх племянниц. Я это теперь спинным мозгом чувствую. 

Сергей Воронин любил скромно называть себя начальником охраны, хотя его должность в банке официально именовалась гораздо вычурнее - помощник руководителя департамента защитных и профилактических мероприятий. Служба безопасности входила в этот департамент наряду с противопожарным отделом, отделом санитарного контроля и прочими интересными подразделениями, которыми командовали настоящие профессионалы - бывший чекист, бывший пожарник, бывший начальник СЭС и тому подобные отставники и пенсионеры, сохранившие дружеские связи в государственных структурах. А Воронин считался простым клерком, координатором, который доводил до этих профессионалов пожелания высокого начальства. На самом же деле у Сергея Воронина была всего лишь одна задача - обеспечение личной безопасности председателя правления.

Надо признать, что с этой задачей он до сих пор справлялся вполне успешно. Особой своей заслугой Воронин считал то, что заставил начальника гаража установить на представительском банковском «Мерседесе» медный лист толщиной в пол сантиметра, прикрывающий днище. Машина немного потеряла в скорости и увеличила расход бензина. Зато, когда под ней взорвалась мина, никто не пострадал.

Но техника техникой, а с людьми работать гораздо сложнее. Воронин чуть не поседел в ту ночь, когда прикрывал Колесника во время прогулки на трамвае. А сколько матюков ему пришлось выслушать и произнести в ответ, когда он усмирял толпу разбушевавшихся работяг из ночной путеремонтной бригады! Однако всё это были только цветочки. Воронин, ещё, когда покупал ту проклятую тюльку, уже предполагал, что интрижка, затеянная Колесником с этой манекенщицей, изрядно попортит ему нервов.

Так оно и вышло. Целую ночь председатель правления находился на неохраняемом объекте. Пара телохранителей, конечно, дежурила в «Вольво», припаркованном поблизости от дома манекенщицы. Но такими силами столь важных персон не охраняют.

А теперь вот, пожалуйста - заезд на рынок, в это осиное гнездо криминала. Воронин едва дождался, пока Колесник сядет рядом в «Гелендваген». Он резко рванул с места, чтобы поскорее покинуть опасную зону. И тут у Колесника зазвонил мобильник.

Поглядывая в одно из зеркал, Воронин видел лицо командира. Судя по брезгливой гримасе, разговор был неприятным.

– А, опять ты… Ну и что? Да пошёл ты в жопу. Надоел.

Колесник выключил телефон и передал его Воронину.

– Поменяй номер. Как думаешь, где может быть утечка? Почему мне звонят люди, которым я не давал свой номер?

– Понял вас, Михаил Анатольевич. Отработаю утечку. Кто это был, если не секрет?

– Маньяк. Тот самый, который звонил после взрыва.

– Опять угрозы? Надо было соединить со мной, ну что же вы так… - огорчился Воронин.

– Ну, и о чём бы ты с ним беседовал за счёт фирмы?

– Личная беседа много информации даёт. Я, конечно, не эксперт-психолог, но всё же могу отличить реальную угрозу от простого шантажа. Он вас шантажирует?

– Да нет. Просто говорит, что мне недолго осталось жить на этом свете.

– А как говорит? В грубой форме? Или отвлечённо?

– Да что ты привязался?
– рассердился Колесник.
– Отдай трубку. Пока живой, позвоню ещё одному козлу.

Он снова взялся за телефон и долго искал нужный номер.

– Бэ… бэ… Бо… вот. Соедините меня, пожалуйста, с Иваном Бобровским. Как представить? Ну, скажите, что из Нефтемашбанка. Он поймёт…