— Жду праздничную порку для именинницы от самого Люцифера, — Уилсон показала мне язык и понеслась к холодильнику прятать свои тарты.

На удивление, с холодными руками процесс пошел быстрее. Правда, я все равно оказался самым последним. Сегодняшний день серьезно пошатнул мое уверенное лидерство.

«Нужно было идти на курсы по приготовлению стейков».

— Пока наши заготовки охлаждаются, приготовим крем, — руководила Клео. — Вы можете сделать его вместе с вашей девушкой, — сжалилась она надо мной.

«Да неужели».

— Наливаем в сотейник сливки и молоко, — продолжила она. — Осторожно разрезаем стручок ванили и отправляем следом в сотейник.

Хотя бы с ванилью я справился на ура, что не могло меня не радовать. Под руководством преподавателя Кейт смешала сахар, желток и крахмал, поручив мне тщательно их перемешать.

— Пожалуй, заглянем перед этим в магазинчик Лана, — я мешал содержимое чаши с самым серьезным лицом, продолжая делать Уилсон пошлые намеки. — Купим плетку и хвост.

— Для тебя, надеюсь? — Кейт игриво закусила губу.

Она вылила часть молочной смеси в чашу, а затем полученную массу обратно в сотейник. Я стоял без дела, а Уилсон не прекращала меня дразнить, за что, пользуясь свободой рук, я наградил ее щипком за зад.

— Ауч! — Кейт вывернулась. — За что?

— Напоминаю, кто тут главный и для кого предназначена плетка, а для кого хвост.

— А как же зона комфорта? — актерским талантам и многозадачности Уилсон можно было только позавидовать. Она варила крем, одним ухом слушая преподавателя, а другим меня. — Уверена, хвост на тебе будет смотреться шикарно, ты ведь мой котик.

— Я оставлю тебе эту честь. Все для именинницы.

Кейт сняла с плиты сотейник и, прищурив один глаз, осмотрела меня с ног до головы.

— На фартук ты согласился, — она коварно улыбнулась. — Дело за малым.

— Включите разогреваться духовку. В крем добавьте масло и уберите охлаждаться в холодильник, — ворвался в заигрывания голос Клео.

Уилсон носилась по кухне, четко исполняя указания, пока я расслабленно стоял у стола, мечтая о том, как она будет точно так же носиться у нас дома, а попытка распалить друг друга, закончится взаимным проигрышем где-нибудь на столе или на полу, а может и там, и там.

— Пока выпекается основа, взбейте сливки и нарежьте клубнику. Мы практически закончили, дальше будет самое интересное, — подбодрила преподаватель. — Дегустация!

Кейт торжественно вручила мне нож с доской и тарелку клубники, сама занявшись взбиванием сливок. Игра в соблазн временно встала на паузу, пока мы оба занимались последними этапами готовки.

— Дегустация хвоста, Люцифер. Ты должен согласиться, — зашептала Уилсон, как только выключила миксер. — Сначала тарт, потом хвост.

— Ни за что.

— Ну и зря.

Я достал румяную основу из духовки, от орехового аромата которой разыгрался аппетит. Кейт ускорилась, предчувствуя завершение, шустро смешала сливки и крем, сама наполнила им тарты. Видимо, решила, что с меня достаточно мучений на сегодня. Мне досталась великая честь художественно разложить сверху крема клубнику.

— А если я посыплю себя клубникой, согласишься? — возбужденный голос и горячее дыхание возле самого уха запустили калейдоскоп жарких сцен в голове, трансформируя голод в голод иного рода.

— Заходишь с козырей, — я хотел закинуть кусочек клубники в рот, но получил шуточный шлепок по руке.

— Куда? Еще рано, — Кейт забрала ягоду и положила сверху пирожного. — Значит на такой расклад ты согласен? — словно между делом спросила она.

— Не-е-е-т, Уилсон. Ты с хвостом и в клубнике. И точка.

— А теперь, чаепитие! — не дала отбиться Кейт преподаватель, возвещая об окончании мастер-класса.

***

К дому мы подъехали сытые, веселые и довольные. Хоть на самом мероприятии я немного чувствовал себя не в своей тарелке, совместная готовка и перекидывание жаркими фразочками зарядили меня позитивом. Да и Уилсон заметно расслабилась, очевидно довольная нашим досугом.

У Кейт оставалась пара часов до работы, а у меня еще одна попытка сходить к Дугласам.

— Спасибо, что согласился пойти со мной, — она словно вся светилась изнутри от счастья.

Я никогда прежде не видел ее такой.

— Это было интересно и весело. Хотя выпечка все равно не мое.

— Твое это плетки и хвосты. Я угадала? — она отстегнула ремень безопасности и потянулась ко мне за поцелуем.

Ее губы до сих пор имели вкус клубники и чая с бергамотом, который подавался к собственноручно приготовленным десертам, а волосы впитали запах выпечки, совсем как в той картинке, которую я рисовал ей тогда, на озере. Я был почти дома, все мои чувства и рецепторы трубили о том, как близко к исполнению мои мечты.