— Забудь, — Лина отмахнулась, — они и правда были полными идиотами. В Щербатых Кинжалах остались те, кто был со мной с самого начала. Только эта четвёрка присоединилась пару недель назад. Почему-то решили, что я — какой-то невероятный босс, и всё, что я ни скажу — истина в последней инстанции. Эх… в здравом уме к умирающей банде никто не присоединится…

Поняв, что сказала, она с опаской подняла на меня глаза. Но я, честно говоря, от её оговорки только развеселился.

— Забудь. А если у нас есть целых три враждующих соседа, то этим надо пользоваться!

— Папа, ты и так уже почти убил одного из Пяти Кулаков, и собираешься пойти против лидера Кривоносых, — наставительным голосом произнесла Тала. — Лучше не стоит начинать конфликт с третьей группировкой из сильнейших.

— Дельная мысль! — я потрепал её по головке. — Молодец. Да, с Воровской Честью лучше не ссориться без необходимости. Так что остаются только два соседа. Впрочем, нам и этого будет достаточно.

— Ты хочешь начать войну с Бойцами и Острыми Клинками? — на лице Лины отразился искренний шок. — Это было практически невозможно ещё когда Щербатые Кинжалы были в своём лучшем состоянии, а теперь нас осталось всего два десятка! У Бойцов их как минимум сотня, а у Острых Клинков и того больше! Это буквально самоубийство!

— Решительные времена требуют решительных мер, — пожал я плечами. — Если не хочешь идти на самоубийство — можешь прямо сейчас отправляться к Кирику. Я тебя не держу, банда теперь моя и я либо сведу последних её членов в могилу, либо мы закроем долг через восемь дней. А потом ещё поборемся с Кривоносыми и Пятью Кулаками за господство в заброшенном квартале.

— Я знала, что ты псих, но не думала, что настолько! — воскликнула Лина, однако через несколько секунд тяжело вздохнула и кивнула. — Ладно, я понимаю. Я сама на это подписалась, когда попросила незнакомца стать своим боссом. И к Кирику я точно не хочу. Хорошо, пусть будет по-твоему, я устала убегать и прятаться. Если умру — просто перерожусь, как и все мы, правильно?

— Ну, да, конечно…

— Да, это точно будет лучше потери своей Истины. Так что приказывай, босс.

— Отлично! — я довольно заулыбался. Она начинала мне нравиться. — И, во-первых, можешь звать меня по имени: Альрат. А во-вторых, давай сменим это ужасное название. Мы ведь больше не собираемся ни под кого прогибаться. Как называлась твоя банда до Щербатых Кинжалов?

Лина открыла было рот, но в следующую секунду смущённо опустила глаза. И до моих ушей донеслось едва слышимое:

— Плывущие по Сальсабилю…

Мне показалось, что я ослышался.

— Ну-ка повтори?

— Плывущие по Сальсабилю! Я знаю, очень странное название, слишком напыщенное и длинное…

Я расхохотался, не смог сдержаться. Ну надо же… может быть судьба и правда существует?

— Прекрати оправдываться, мне невероятно нравится это название! Итак, я официально провозглашаю возрождение банды Плывущие по Сальсабилю! И пусть никто не встанет у нас на пути!

— Доброго вечера! Подскажите пожалуйста, из какой вы банды?

После наступления темноты я оставил Сафи на базе Плывущих по Сальсабилю, а сам, вместе с шестью оставшимися у банды богами Кары боли отправился на первый рейд во вражеские территории. Благодаря праджне, что мне отдали и что я поглотил, моя жизнь растянулась почти до шести дней. А моя сила даже без дополнительной накачки энергией выросла аж до пяти с половиной крат. Отличное чувство, надо сказать, и у меня руки чесались как можно быстрее опробовать новые возможности в бою.

К счастью, один из троицы явно уголовного вида, оказался придурком. Ничуть не смутившись тому, что их троих обступило семеро с закрытыми платками лицами и ножнами на поясах, гордо вздёрнул свой нюхальник и произнёс:

— Мы — Бойцы! А кто спрашивает?

— Отлично! — хотелось хлопнуть в ладоши, но алебарда в руке мешала. С этим точно надо было что-то делать… — Вас-то нам и надо!

Мощный взмах перерубил набитого самым большим количеством гонора Бойца напополам от ключицы до таза.

Парочка его напарников, увидев это, мигом растеряла весь свой боевой настрой. Настолько жёсткие методы даже в заброшенном квартале с его неконтролируемой преступностью были большой редкостью.

— Бросайте оружие и на колени, — хмыкнул я, видя, как их ручки тянутся к висящим на поясах булавам. — И без глупостей, а то вас тоже станет по двое.

— Кто… кто ты такой? — дрожащим голосом спросил один из Бойцов. — Ты понимаешь, с кем связываешься?

— Какая у тебя Кара?

— Боль…