Мы добрались до стоянки через несколько минут пешей прогулки по лесу. Пока мы шли, набежали тучи, заслонив Луну и звезды, сделали ночь темнее, чем когда-либо; моросил мелкий дождь. Я забралась на байк позади Зейна, натянула шлем и обняла его сзади.

Это было одновременно успокаивающе и тяжело: снова находиться в кресле мотоцикла. Зейн не стал настаивать на всей правде, когда я упомянула, как ездила с папой, хотя и подозревала, что он услышал напряжение в моем голосе, когда рассказала ему. И я не была уверена, радоваться ли, что он не задавал никаких вопросов, или расстраиваться, что ему, казалось, было все равно, - немного поразмыслив, я решила успокоиться, потому что просто не была готова говорить о папе. Я едва поднимала эту тему с Клэр, а ведь она была моей лучшей подругой.

Зейн медленно ехал через Кетчикан, осторожно, потому что моросил дождь. Его куртка становилась все влажнее, пока запах мокрой кожи не заполнил мои ноздри. Я вцепилась в талию Зейна и сосредоточилась на том, чтобы напомнить себе, что это он, это Зейн, это не папа. И все же воспоминания о долгих поездках с папой были сильными, и, несмотря на все мои усилия, я чувствовала знакомую горечь и печаль, которые пытались завладеть мной.

Нет, нет, нет. Не погружайся в воспоминания, Мара - это черная дыра, думать о папе.

Я боролась с этим, пока Зейн вел мотоцикл к гостинице, где я забронировала номер на неделю. Это говорит вам о том, как я была отвлечена, что и не задумалась, как он узнал, где я остановилась, пока Зейн не заглушил мотоцикл.

Я не слазила с мотоцикла, все еще сидела за Зейном, когда он стянул шлем.

– У меня два вопроса, Зейн.

Он взял мой шлем и повесил его на руль, затем перекинул ногу через байк, развернулся и сел лицом ко мне.

– Задавай.

Я кивком головы указала на «B&B».
– Как ты узнал, где я остановилась? И в каком баре была?

– Сперва отвечу на второй вопрос, поскольку это легче сделать: в нашем городке не так много баров, поэтому я заглянул в каждый, пока не нашел тебя.

– Ладно, - ответила я, прослеживая логику в его пояснении.
– А как ты узнал, где я остановилась?

Он вздохнул.

– Я тебе рассказывал, что Ксавьер - «ас» в том, что касается всего научного или электроники, помнишь? Ну, он также мастерски ладит с компьютерами. Поэтому нашел твое имя в реестре прибывающих рейсов, а потом отследил до отеля. Не уверен, как это у него получилось, но он это сделал.

– И с чего бы это тебе понадобилось знать мое местонахождение?
– Я скептически уставилась на Зейна.
– Это слегка смахивает на… нездоровую заинтересованность.

Он погладил ладонями мои бедра.

– Не был готов отпустить тебя прошлой ночью. Хотел найти. И выяснить, могли бы мы провести еще время вместе.

– Подразумеваешь, еще разок переспать?

Он расплылся в улыбке.

– И это тоже, какой смысл отрицать очевидное?
– Руки Зейна путешествовали по изгибу между бедром и тазовой костью.
– Я не преследовал тебя. Просто хотел найти до твоего отъезда, и посмотреть… дашь ли ты мне еще один шанс.

– Что еще интересного ты обо мне выяснил?
– спросила я.

– Ничего, клянусь.
– Капли дождя стекали вниз по его подбородку, лбу, словно бисер, украшали его волосы, но, казалось, он этого не замечал или ему было все равно.
– Только номер твоего рейса и название отеля.

– Получается, если бы ты не нашел меня в баре, то пришел бы на поиски сюда?

Зейн пожал плечами.

– Скорее всего.

– А если бы ты узнал, что я поднялась в номер с кем-то еще?

Его глаза слегка потемнели, словно ему не совсем понравилось данное предположение.

– Я рассматривал такой вариант. Если бы я увидел тебя с кем-то, то… ну, хотел бы сказать, что оставил бы тебя в покое, но, вероятно, это было бы ложью.

Я склонила к нему голову.

– Неужели?

Он вытер лицо, смахивая дождевые капли с глаз.

– Я бы все равно попытался поговорить с тобой. Чтобы ты отшила того придурка, с которым познакомилась.

– А если бы он не был придурком?
– Теперь я давила на него, слегка дразня, но также отчасти… оценивая его реакции, исследуя его барометр ревности.

– Если он не я, то он придурок, - настаивал Зейн, а на его губах играла самоуверенная улыбка.

– Правда?
– Я щелкнула его по носу.
– Вы, сэр, слишком самоуверенны в себе.

Он поймал мой палец и легонько прикусил.

– Мы это уже выяснили. Да, я такой, но это же недалеко от истины?
– Он вертикально прижал наши руки ладошками друг к другу, словно сравнивая их размеры: его руки такие большие, что он мог спокойно сжать пальцы поверх моих.
– У тебя есть что скрывать, Мара Куинн?
– Его голос звучал игриво и дразняще.