— Я бы тоже прошла с вами, только не знаю, как у них там в милиции, ни разу не была.

— Как в любом учреждении.

— Ну, это вы загнули, Анвар-ака!

— Почему же?

— Все-таки милиция!

— И ничего особенного, Мавлюдахон. Как везде, может, чуть построже, дисциплины больше.

— Хоп, я пошла. — Она повернулась и неспеша пошла по аллее, перешла улицу и вскоре скрылась за густой листвой деревьев...

Хамзаева принял заместитель начальника Душанбинского уголовного розыска полковник Орифзода. Это был среднего роста красивый мужчина лет сорока пяти, в меру стройный, с пепельными жесткими волосами, которые, впрочем, были аккуратно уложены, этакими крупными волнами и от того, видно, лицо его было строгим, недоступным, хотя глаза улыбались добродушно. Был он в гражданском и встретил Анвара, выйдя из-за стола, почти у двери кабинета.

— Ассалому алайкум, — по-узбекски поздоровался Хамзаев.

— Ваалейкум ассалом, — ответил тот и крепко пожал руку Анвара. — Прошу! — Он проводил гостя до кресла за журнальным столиком в углу кабинета. Сел в другое сам. — Давно в городе?

— Вчера утром приехал. — Анвар смутился, почудилось, что о его приезде здесь уже знают, а он не явился, заставив, быть может, их поволноваться целый день.

— Знакомились с Душанбе?

— Да. Я ведь впервые у вас.

— У нас с узбекскими товарищами очень тесные контакты, — сказал полковник, — не одно преступление раскрывали вместе. Я помню, в прошлом году... — Полковник коротко рассказал, как он сам искал преступника, убийцу жены, который скрылся в одном из горных кишлаков Ферганской долины. — Если бы не местные товарищи, ничего бы у меня не получилось.

— А вот теперь мы приехали к вам, рассчитывая на помощь, — сказал Анвар.

— Серьезное что?

— По нашему мнению, убийство. Но... странное.

— Да, товарищ Хамзаев, времена изменились — кивнул полковник, — убийцы-фокусники пошли, пока докопаешься до мотивов, голову изрядно поломаешь. Какая от нас помощь нужна?

— Надо выяснить владельца автомобиля «Жигули» под номером 41—03 СБЮ. Ну, и данные о нем. Пока это.

— Сейчас. — Полковник встал и по селектору пригласил лейтенанта Нарзиева. Когда тот явился и доложил, как положено по уставу, вручил ему листок. — Поезжайте в ГАИ, выясните все о хозяине этой машины.

— Слушаюсь.

— За час обернуться!

— Есть.

— Предупредите гаишников, чтобы...

— Ясно, товарищ полковник.

— Идите.

— Есть. — Лейтенант, щелкнув каблуками, четко повернулся и вышел за дверь.

— Мы эту машину обнаружили в реке Сурхан, — сказал Анвар, когда Орифзода вернулся в кресло, — знаем, что она новенькая, прошла всего лишь 7122 километра. В багажнике находился труп убитого мужчины.

— Труп мужчины в багажнике?

— А что?

— Вы знаете, это уже почерк!

— Ну!

— Да. Я сейчас попрошу ребят разыскать это дело. — Он подошел к столу и отдал распоряжение. Снова сел. — По-моему, полгода назад, а может, чуть больше, на дороге в Каратаг какой-то шофер грузовика подобрал человека без сознания. Довез его до больницы, сдал. В ГАИ было решили, что его сбил он сам, но доказать не смогли, нужно было получить показания пострадавшего, а он, по определению врачей, еще не скоро должен был придти в себя. Словом, прошел месяц, пока спасали жизнь. И выяснилось следующее. Пострадавшим сказался подполковник, в тот день был в гражданской одежде. Работал он заместителем начальника госпиталя. Возвращался из Каратага, куда он ездил порыбачить, двое подняли руку. Он остановился, посадил их. И вдруг — удар в затылок. Очнулся уже в багажнике. Огромным усилием воли он заставил себя оттянуть пружину крышки багажника и вывалился из него на полном ходу. Упав на асфальт, сильно ударился головой, получил сотрясение черт его знает какой степени, в общем, теперь — инвалид второй группы.

Женщина — старший лейтенант принесла пухлое дело. Отдала его полковнику. Он поблагодарил ее и кивнул, мол, можете идти.

— У начальника небольшое совещание, — сказал он, — я оставляю вас ненадолго.

— Может, я пройду в другую комнату? — привстал Анвар.

— Что вы, сидите тут. Девушку изнасиловали, студентку. Преступник скрылся, но приметы его известны, она его запомнила хорошо и сумела нарисовать отличный словесный портрет. А потом на фотороботе, как сказала, точную копию подобрала. Надо узнать, чем кончились поиски, словом, сами понимаете.

— Да, да, Орифзода-ака, пожалуйста, — сказал Анвар, листая страницы дела. Он нашел показания пострадавшего подполковника, который на вопрос, какими были преступники, ничего не смог ответить. То есть ответил, но не то, что требовалось.

— Двое мужчин, местные, потому что говорили по-русски с акцентом. А какие они из себя, старые или молодые, красивые или уродины, не знаю.

Преступление произошло в конце декабря прошлого года, врач дал показания только полтора месяца спустя, а преступники не были найдены. Машину подполковника работники линейной милиции обнаружили на следующий день совсем в другой стороне — в районе Нурека, но на ней ни одного следа не было. Преступники смыли их. Дело было условно закрыто.

Вернулся лейтенант Нарзиев.

— Данные для вас? — спросил он у Анвара.

— Да.

— Пожалуйста. — Он положил перед ним справку ГАИ.