– Да. – Это... странно. То, что должно быть инородным, ощущалось как продолжение кожи.

– Рука хорошо приживется, – приободрившись, кивнула кукла, думая о будущей "операции." – Мне потребуется всего пара мгновений.

Осмотр быстро закончился, но вот убирать свои пальцы Любовница не спешила. Продолжая гладить зашитую рану, она снова ушла в себя, думая о чем-то. Пустые глаза передавали куда больше эмоций, чем порой могут выдать люди. Повисла новая тишина, мы оба отчетливо ощущали эссенцию охранниц снаружи двери, но... Но вот я голый лежу в ванне, и если это не приватный разговор, то не знаю. И, когда очередная капля воды с эхом разбилась о мокрый пол…

– Я не откажусь от своих слов. – Мои длинные мокрые волосы свисали по обеим сторонам лица, еще больше делая меня похожим на волка в человеческой шкуре.

– За это я и переживаю больше всего. – Пальцы остановились. Любовница отрицательно покачала головой. – Твоя цель – выбраться отсюда, Клиф, вытащить Нову и себя, но не меня. – Рука легла на край ванны. – Все было решено в тот момент, когда я согласилась на расторжение договора. И, раз судьба так распорядилась...

И как же она распорядилась? Остальные Алькины куклы сейчас просто под надзором Стандала и не могут ответить на зов, а у Любовницы больше и этого нет. Наш путь отнял у неё дом, а в самом конце, я уверен, и без того враждебное отношение к королевским станет еще сильнее. Остальные воскреснут, если погибнут. Да, это может занять годы, но у Любовницы не будет и такого шанса. Окончательная смерть. И куда попадают души кукол? Страшная неизвестность.

– Ты можешь упираться до конца, – слегка нахмурился я, – но я не оставлю тебя тут умирать.

– Клиф...

Фыркнув, я слегка дернул волчьими ушами, обрызгав собеседницу. От смущения к грусти, от грусти к шоку.

– Всё, эту тему мы больше не поднимаем. Точка, – вальяжно развалился я и оскалился.

– Ну вы и грубиян, сэр волк! – возмутилась дама, встав на ноги. Это забавно, как быстро она переключается с "ты" на "вы." – Нет, мы должны еще это обсудить!

– Ну ладно, – пожал я плечами, также поднявшись на ноги, и, выгнув бровь, встал в ожидающую позу. – Говори, – продолжал я улыбаться.

– Я... я…

– Мои глаза чуть выше.

Да, это была победа.

– Ах! – отвернулась она. – Как можно?! – прижала она руки к щекам, и её осанка расслабилась. Подло с моей стороны? Без сомнений, но впереди работа, а забивать голову мыслями о неминуемой гибели ничем хорошим не закончится.

– Ха-ха-ха! – появилась наконец-то Нова. – А это было хорошо!

Еще какое-то время стражницы за дверью слышали возню и вскрики Любовницы. Эх, ну пусть думают, что это пришлый волк дал волю "чувствам", а не призрак, что тоже решил по-своему подбодрить подругу.

* * *

– Оп! – Маленькая самодельная кирка в очередной раз вонзилась в стену форта. – Опа! – Еще один удар продвинул небольшое тело вверх. – Сучье... вымя... – посмотрела Арлекинша вниз, зажмурив один глаз из-за порыва ветра, а четырехконечный колпак на её голове глухо зазвенел бубенцами.

Перебарывая страх, медленно, но верно у неё все же получилось достигнуть вершины полурозовой стены. А после того, как она забралась по отвесной скале, на которой находился форт Молли, дальше ей оставалось наверх совсем немного. Улыбчивая кукла редко кому называла приобретенное имя. Шути. После встречи с отрядом Клифа дезертирша решила подойти к поискам Шута чуть серьезней… Насколько ей вообще позволяла натура. И всем известный Музыкант дал подсказку.

Перемахнув тускло-розовые зубцы, попутно скинув самодельные инструменты, девушка сделала несколько прыжков. И ровно в тот момент, когда патруль зашел на новый круг, Шути просто спрыгнула вниз, прямиком в форт.

"Ох, твою мать!" – дошло до безумной, что высота приличная, но было уже поздно. Маленькое тельце смачно стукнулось о крышу домика, сломав одну из досок пополам. Прокатившись кубарем, Арлекинша упала на землю.

– Ау-у... ха-ха-ха! – рассмеялась малая, но не оттого, что жива, а просто оттого, что ей стало смешно. – Соберись! – дернула она ногами и встала без помощи рук.

Одинокий сгусток хаоса проник в форт. Как к ней отнесутся местные шлюхи, Шути не знала, а потому, демонстрируя скорость и ловкость профессионального гимнаста, быстро скрылась в подворотне. Как и её сородичи из безумной армии, Шути делала слишком много ненужных движений: кульбиты, перекаты, абсолютно бессмысленное прижимание спиной к стене. Вечная игра перед невидимым зрителем, вечное баловство. И только такие, как Шути, прожившие достаточно долго, чтобы иметь свое имя и иногда выходить из забвения смертельного веселья, проявляли вполне обычные чувства, и сейчас маленькую Арлекиншу с крестиками на груди вели именно они.

– Держись, Шут, – прокрутила она осколок в руке. – Я тебя найду.

По моим внутренним часам сейчас, без сомнения, был полдень. Полдня я действительно вовсю пользовался добротой форта, хотя все это – просто пыль в глаза, не иначе, но все же. Приятные мелочи в виде ванны, специально приготовленной антропы и новой чистой одежды дали мне возможность по-своему расслабиться. Вот как чувствуют себя приближенные королей... На постоянной основе я бы не выдержал такой жизни.