Я поднялась с кресла и подошла к стене, дотронулась до нее кончиками пальцев. Внизу серебрилось море, освещаемое светом далеких звезд. Я прижалась лбом к прохладной поверхности и закрыла глаза.

В этой ночи было что-то волшебное. Нереальное. Если вдуматься, все в моей жизни теперь странно и необъяснимо. Сейчас я вишу в маленьком кораблике, над поверхностью Марса, в компании инопланетянина…

А ведь несколько месяцев назад все было иначе. Я хотела новую должность, чемодан денег, да что теперь вспоминать… Мне много чего хотелось из того, что теперь вдруг стало совсем не нужно. Видела бы меня сейчас Нина! Я горько усмехнулась.

Она даже не знает, где я. Меня все потеряли. Мама, наверное, до сих пор ищет свою пропавшую дочь и не спит ночами.

— Милла, если хочешь, я могу вернуть тебя домой, — внезапно раздался голос за спиной.

Я вздохнула. Разобраться бы, чего я хочу. Еще недавно больше всего на свете мечтала вернуться к людям. А теперь… даже не знаю.

— Очень переживаю, как там мама. — прошептала я. — Это единственное, из-за чего мне не по себе.

— С ней все в порядке, — тихо ответил Луэс через пару секунд. — Я за ней присмотрю.

— Хорошо.

Внезапно что-то темное и большое ударилось в стену Прыгуна. Я вздрогнула от неожиданности, увидев пару горящих желтых глаз прямо перед лицом, резко отпрянула, запнулась и приземлилась на пятую точку.

— Твою ж…

— Да, здесь охотятся не только растения, — ухмыльнулся Луэс, подходя ко мне и помогая подняться.

— Пожалуй, без всего этого мне теперь будет скучно, — проворчала я, потирая место ушиба и усаживаясь в свое кресло. — Давай вернемся домой, там хотя бы мошки не пытаются нас сожрать!

Я подключилась к Прыгуну и взяла курс на голубой шарик. К этому моменту мои навыки уже позволили развить приличную скорость. Прошло всего несколько минут, и мы приблизились к Земле. Внизу был океан. Синяя гладь приближалась, увеличивалась, и, наконец, заполнила собой все пространство, до самого горизонта.

— Лу, на этом кораблике можно плавать под водой? — поинтересовалась я.

Он не успел ответить. На огромной скорости мы вошли в воду, подняв каскады белых брызг.

— Ты что делаешь? — воскликнул Луэс.

Я самодовольно ухмыльнулась, порадовавшись тому, что наконец-то смогла вывести его из себя. У железного человека, оказывается, тоже есть нервы.

— Хочу увидеть кита, — я выровняла кораблик, сбавила скорость, и начала медленно погружаться все ниже.

Солнечный свет почти не пробивался сквозь толщу воды, стало темно.

— Ты просто чокнутая! — проворчал Луэс.

— Этот транспорт не развалится на куски в глубине?

— Тебе не кажется, что этот вопрос уже слегка неуместен? — возмутился он. — Нужно было думать раньше!

— В следующий раз спрошу заранее. Обязательно, — пообещала я.

— Я сомневаюсь, стоит ли тебе доверять такое сложное оборудование. В последнее время мне уже начало казаться, что у тебя не все в порядке с головой.

Я лишь улыбнулась в ответ.

19

— Дин, иди сюда! — звала я. — Пойдем домой. Уже темно, хватит гулять!

Пес недовольно взвизгнул в ответ и куда-то умчался, растворившись в сумерках.

— Дин! — крикнула я ему вслед, надеясь, что он услышит мой голос и вернется. Ошиблась. Это животное не хотело заходить в дом, полностью игнорируя команды.

Я грустно вздохнула и уселась на поваленное дерево. Придется ждать, пока он набегается.

— Опять улизнул?

— Опять, — я вздохнула. — Не знаю, что с ним делать. Каждый день одно и то же…

— Милла, здесь нет опасности для него. Погуляет и вернется.

— Так нельзя! — возразила я. — Не должно животное оставаться без присмотра. Они же как дети!

Луэс замер на долю секунды, казалось, что он сканирует взглядом окружающую местность. Внезапно из зарослей появился Дин, подбежал к нам, виляя хвостом, и, опустив голову, проследовал к лифту. Я проводила его удивленным взглядом.

— Это ты велел ему вернуться? — спросила я Луэса.

— Ну не торчать же здесь всю ночь!

— Постой! Хранители умеют разговаривать с животными?

— Почему нет? Животные все отлично понимают.

Луэс сел рядом. Мы замолчали, слушая звуки этой ночи. Что-то тихо шептал ветер, на высоком дереве заливисто пел соловей, шуршали крыльями летучие мыши. В траве стрекотал сверчок. Его грустная трель разносилась в темноте, казалось он пел колыбельную, хотя, кто его знает… Возможно, это была серенада. Я не Хранитель, мне был непонятен язык животного мира.