– Нельзя такие вещи говорить при всех, на ужине, и выставлять меня идиоткой. Что обо мне Марина подумала? Моя дочь беременна, а я не знала, хорошая же из меня мать.

– Что плохого могла подумать Марина, - жму плечом, - она же твоя подруга.

– Какая разница, Аня, - с раздражением спорит она.
– Ты должна была мне сказать. А не вот так. 

Молчу.

– А Марк почему с ужина сбежал?
– продолжает она допытываться.
– Куда он поехал?

– Работать.

– В десять вечера?

– Значит, гулять.

Позади громко брякает кружка.

Оглядываюсь.

На столе лужица, мама отодвигает от себя чай. Нервно качает ногой в воздухе.

– Я не поняла. Вы женитесь или нет? Кольцо где?

Смотрю на свои руки в мыльной пене. Какая она глазастая. 

– Кольцо я сняла и кинула в Марка, оно валяется где-то в прихожей, - отвечаю, продолжаю намывать лист.
– Сходи и поищи, если надо. И сама за него замуж выходи, если хочется. А я не буду.

– Анна, - ледяным тоном зовет она.
– Ты с матерью разговариваешь или с подружкой? Которых у тебя нет, к слову.

Смолкаю.

Я себе лишнего позволяю, знаю. Обнаглела.

Но Марк вздумал, что я так просто соглашусь после всего, а Виконт...промолчал.

И правильно сделал.

Ведь он...муж женщины, которая сейчас сидит у меня за спиной. И нельзя мне на что-то надеяться, ведь это все...плохо.

– Я...- мыльной рукой стираю набежавшие слезы и от пены глаза щиплет лишь сильнее.
– К отцу, наверное, вернусь.

– У него же невеста там?
– мама хмыкает.

– Не знаю, - шмыгаю носом. Откладываю чистый лист на стол и выключаю воду.
– С Марком все равно у нас не получится.

И с Виконтом тоже.

Он ведь женат, боже мой.

– Аня, вот ты или дура, или прикидываешься, - мама встает и взбивает волосы. Она до сих пор не переоделась, разгуливает по дому в платье и новых туфлях.
– Марк для тебя - идеальный вариант. Вот упустишь его сейчас. И останешься старой девой.

– Мне двадцать, - напоминаю.

– И часики тикают, - она кивает.
– Такие, как Марк, - она подходит ко мне, ставит ноги крестом и локтем опирается на столешницу.
– Такие мужчины всегда будут в центре внимания. Красивый, успешный, одинокий, ты представляешь, сколько желающих? Там очередь.

– Как за бесплатным сыром, - поддакиваю.

Она изгибает бровь.

– Ну это же ненормально, - разворачиваюсь к ней.
– Если за мужчиной выстраивается очередь. Он что - золотой витязь? Звездные врата? Нет же. Тогда остается вариант, что такой мужчина - просто дешевый ширпотреб. Всем доступно. Вот все и слетаются.

Она усмехается. И качает головой.

– Поговорку слышала, Аня? Промолчи - и сойдешь за умную. Не надо тебе рассуждать. Не твое это.

Поджимаю губы.

Вот так всегда.

Им всем можно высказываться.

А я только глупости говорю.

– И нечего на меня обижаться, - она протягивает руку, убирает прядку волос мне за ухо.
– Я твоя мать. И желаю тебе добра. Кто тебе подскажет, если не я? Поэтому нос морщить перестань. И перед Марком за свою шутку извинись.

– Я не шутила.

– Ты ведь у меня уже взрослая, да? Откуда дети берутся знаешь, - она пересекает кухню, стучит каблуками. Через плечо бросает.
– Вот займешься с мужем сексом. А потом уже забеременеешь, не наоборот.

Сверлю взглядом ее спину и от обиды в горле першит.

То есть она даже такой вариант, что у нас с Марком все уже было - не рассматривает. И Марк не верил, что у меня мог быть секс.

Я страшная настолько, что не привлекаю никого, убогая, неинтересная, скучная?

Отталкиваюсь от раковины и встряхиваю волосами.

В голове зреет простая мысль - мне лишь нужно пойти сейчас в комнату.

Ярко накраситься.

Надеть короткое платье.

Завалиться в клуб.

Выбрать любого парня и развлечься, от души наплевав, как все нормальные люди, да даже Антон, наверное, знает уже, что это такое - отдыхать по-человечески.

Только я как из прошлого века вылезла.

Комнатное растение.

Кручу перстень на пальце и шагаю по коридору. Вздрагиваю, когда дверь ванной открывается, и навстречу выходит Кирилл.

Он встряхивает мокрыми руками.

Полумрак интимный, настраивает на откровенность. Его взгляд неотрывный, скользит по моему лицу.

И я не хотела, ведь так нельзя, но меня толкает что-то, душит, зачем он так со мной сделал, отвез в отель в ту ночь и остался, а потом незнакомцем прикидывался, называл маленькой, и в лесу меня караулил, зачем, делаю решительный шаг к нему против воли вываливаю претензии: