Потянулась к бутылке. Нужно выпить еще, иначе у меня нервы сдадут, вечер точно будет трудным.

И долгим.

Интуитивно покосилась на крыльцо и замерла.

Из дома показался Савва. В руках несет два широких стакана, нож, одинокую тарелку. Спускается по ступенькам и смотрит на меня.

Футболку я не надела, она так и валяется в траве у шезлонга. Машинально потянулась за ней, едва в голове зазвучал мрачный приказ: оденься.

Но усилием остановила себя.

Нет, лучшее, что я могу сейчас - это вид делать, что ничего между нами не случилось.

Решила, и тут же пожалела - с каждым шагом ко мне его лицо всё сильнее становилось похоже на застывшую маску, взгляд замер на моем купальном бюстике, он меня просто не касаясь пожирает.

Дрожащей рукой плеснула вино в бакал. И съежилась, когда Савва с грохотом сбросил посуду на столик.

– Я неясно выразился, Злата?
– он посмотрел поверх моей головы на Кирилла и Свету, что возвращаются из беседки. Наклонился и забрал у меня бокал. Не отрывая от меня взгляда сделал несколько глотков вина.

– Не понимаю, про что ты, - с трудом получилось сохранить лицо.
– Мне жарко, и я хочу лежать без футболки.

– Этой ночью на тебе и трусов не будет, соседка, - пообещал он ровным, спокойным голосом и невозмутимо обновил бокал, вернул мне.

Наши пальцы столкнулись, и он почувствовал - всё мое волнение, мою дрожь, мою наигранную храбрость в одно лишь касание уловил. И едва заметно усмехнулся.

– Для мяса надо будет блюдо побольше, Савв, - Кирилл обошел мой лежак, рукой мимолетно провел по голым ключицам и потер ладони.
– Так, что тут у нас?
– он посмотрел на этикетку спиртного, что принесли соседи.
– Наливаем?

– Поужинаю сначала, - Савва придвинул к себе пирог и ножом уверенно вспорол румяную хрустящую корочку. Уверенным движением отрезал большой кусок и бухнул его в тарелку.

Во все глаза смотрела, как он опускается в плетеное кресло, удобно устраивается в нем. Как откусывает выпечку и мерно двигает челюстью.

Кусает еще.

Меня не отвлекли от этого зрелища ни насмешливое цоканье Светы, ни подколы Кирилла, я не думала, что сосед, правда, будет есть мою стряпню.

Уже наслушалась от мужа, что у плиты мне делать нечего.

Но Савва смотрит на меня и ест. И я чувствую себя поваром лучшего ресторана города.

– Только пирог приготовила, Злата?
– Савва отставил пустую тарелку. Большим пальцем мазнул по нижней губе и облизнулся так хищно, что у меня в горле пересохло.
– Что еще предложишь, соседка?

Он не про ужин сейчас спрашивает, в его голосе чертов вызов, намек, калечащий разум, и я знаю, этому мужчине ничего не стоит прямо в эту секунду выложить всё, что у нас было, он лишь на миг растерялся, когда увидел меня, когда понял, что я жена его друга.

А теперь он владеет собой.

И у меня внутри все трясется от мысли - я понятия не имею, чего ждать от него сегодня и чем кончится вечер.

Слишком долго висела пауза, а мы смотрели друг на друга, привлекая внимание.

Но за воротами, мне во спасение, посигналила машина. И Кирилл громыхнул бутылкой спиртного по столу.

– Доставка приехала, - сухо доложил он и хлопнул Савву по плечу.
– Идем, поможешь. Там на весь поселок хватит пировать до утра.

Савва молча поднялся из кресла. Мужчины двинулись к калитке, мы со Светой остались сидеть.

– Ну?
– спросила она хрипловато, словно волнуется. Повернулась на нее и заметила - это, правда, она переживает за мужа, чувствует - той ночью между мной и Саввой что-то произошло. Света подалась вперед. И сощурилась.
– Или ты мне сейчас всё рассказывваешь. Или я говорю обо всём Кириллу, когда он вернется.

Савва

– Долго ты еще собираешься на нее пялиться?
– Кирилл идет, не оборачиваясь, вьетнамками шлепает по брусчатой дорожке.
– Что за намеки моей жене?

Его жене.

Внешне-то я спокоен.

Выдержке моей позавидует хренов Будда.

Но...его жене.

Твою ж мать.

Два кольца на ее пальце я помню. Разговоры про ее мужа тоже. Как дал ей выбор, подумать и вернуться ко мне.

И как она звонила ночью, когда сбежала от Кирилла.

Будь на месте друга любой сноб из этого гребаного поселка - положил бы на него хер. А теперь смотрю в спину Киру, и вижу ее в моей постели.

Так не делается. Зачем она, вообще, приперлась ко мне.