Шрифт:
– Злата, - долетело до ушей мое имя, мужские руки осторожно сгребли мои спутанные волосы назад, за спину.
Выпрямилась, продолжая кашлять, сморгнула выступившие на ресницах слезы и подолом футболки провела по лицу. Отступила обратно на дорогу и жадно втянула носом свежий воздух.
Только потом оглянулась на Савву.
У него на пальцах кровь. Вижу эти тусклые красные полосы в свете фар, наша машина продолжает светить нам, и мы стоим, и машина Кирилла стоит, словно под прожектором.
Муж почти вывалился на асфальт.
Пауза бесконечная.
Не могу молчать.
– Он жив?
– посмотрела на Савву.
Сегодня тепло.
Последние дни лета, от ветра шелестят листья, над нами черное небо, усыпанное звездами и большая луна.
Ночь светлая.
Спокойная.
Вокруг никого, мы вдвоем между машинами.
Так тихо.
– Не знаю, - Савва обернулся. Его голос ровный и какой-то незнакомый, пустой.
– Может, без сознания.
Он замолчал, я закусила губу.
Что-то делают в таких случаях. В дорожную полицию звонят и еще вызывают скорую...
На асфальте, возле машины Кирилла уже темнеет лужица крови. Темно-красные капли на осколках.
– Бл*дство, - впервые при мне Савва так громко, с чувством выругался, он заложил руки на затылок, сцепил пальцы и чуть запрокинул голову, глядя куда-то вверх.
Постоял. И двинулся к Саабу, скрылся на секунду в салоне. Выпрямился, и я в его руках увидела сотовый телефон.
– Куда ты звонишь?
– приблизилась к нему.
Он не ответил.
Он смотрит на моего мужа, на его руку в белой рубашке, свесившуюся на улицу.
Он растерян.
Но больше зол, в его глазах еще гнев не потух, и сейчас я точно знаю, о чем он думает, он решает, заслуживает ли Кирилл помощи.
И решение пока не в пользу моего мужа.
Он едва держится. От желания вытащить Кирилла за шкирку на асфальт и встряхнуть.
За меня, за нашего будущего ребенка.
Все это кажется каким-то сном.
Невозможно.
Нужно что-то делать...
– Давай уедем, - свой голос будто со стороны услышала, шагнула к Савве.
Встретились взглядами.
В моей голове крутятся странные дикие мысли, но такие ясные, как никогда. Кирилл пострадал. Но мой любимый мужчина за это отвечать не должен, нет...
Он и не будет.
Ведь нас не видел никто, здесь нет никого.
Нам нужно уехать.
Быстрее.
Мы стоим и смотрим друг на друга.
Пристально, в упор.
Мы молчим.
Где-то вдалеке, за поворотом, начал нарастать шум двигателя. Чья-то машина, она приближается. Секунда, вторая, третья...
Нас застукают, сюда приедет полиция, нас будут допрашивать и узнают, что мы соседи, и я беременна. От Саввы.
– Савва, - выдохнула.
Он дернул широкими плечами, словно морок сбрасывая, посмотрел по сторонам.
Медленно шагнул мне навстречу.
Снова встретились взглядами.
Всё.
С этого момента мы стали не просто неверными супругами.
Мы сообщники.
Он поймал мою руку, легко подхватил меня и в пару шагов обогнул машину. Я нырнула в салон. Перелезла на соседнее сиденье.
Он сел за руль.
Сааб заурчал.
И когда из-за поворота вспыхнул свет фар - мы уже успели свернуть в лес.
Глава 60
Савва
Сааб скребет дном по корням, ветки хлещут дверцы, залетают в стекло.
Обычные такие вещи.
Проехать немного вдоль трассы. Тот поворот.
– Там кто-то из соседей был, только они могли свернуть к поселку, - Злата рядом. Она дышит, как после бега, говорит быстро, возбужденным голосом, она не в себе.
Она вряд ли до конца понимает, что случилось.
– Соседи наткнутся на машину Кирилла и вызовут ему скорую, - она болтает и болтает. Лишь бы не тишина и голос свой слышать.
А я молчу потому, что ответить ей нечего, не вызовут Кириллу никакую скорую.
У него не было пульса.
Ей нельзя об этом знать, у нее же ребенок.
У нас.
Свернул между деревьев, под хруст веток медленно покатил к выезду из леса.
– В больнице Кирилл придет в себя, - ее голос дрогнул. Она громко сглотнула.