Вместо этого опустошаю бокал вина, гадая, идти ли за новой бутылкой. Маша переключается на рассказы о свиданиях, на которых побывала за неделю. Она активный пользователь «Тиндера», так что мудаков в послужном списке достаточно много. За этими разговорами отвлекаюсь и думаю о том, что так ловко общаться с разными мужчинами не смогла бы, хотя и подругу не осуждаю. Главное ведь получать удовольствие от того, что делаешь, а общественное мнение — последнее, на что стоит ориентироваться.

За первой бутылкой вина следует вторая, мы болтаем, а я все поглядываю на телефон, думая, не включить ли. Вот только что я там увижу? Оправдание? Очередные извинения? Вряд ли. Скорее отлично продуманную причину вроде сердечного приступа престарелой соседки. А мне это не нужно. Не хочу думать, что меня бросили, пусть даже ради благой цели.

— Маш, может, все-таки включить телефон? — спрашиваю, надеясь, что хотя бы подруга сжалится над Максимом, но она неумолима.

— Ой, Юлька, вроде столько лет прошло, а ты опять за свое, — она качает головой, а я понимаю: подруга права. Ничего не могу поделать с идиотской привычкой угодить Краснову. — Он мудак каких поискать. А не веришь — погугли романы знаменитого баскетболиста. Он моделей как трусы менял, с завидной регулярностью.

— Ну это когда было! — возражаю, вспоминая, что в последнее время Краснов не мелькал в желтой прессе.

— Какая разница, Юль! — вспыхивает подруга. — Все они козлы, а твой Краснов больше всех!

— Это как? — хмурюсь, наполняя бокалы.

— Рога длинные, а член маленький! — не задумываясь, гордо озвучивает подруга, и я захожусь смехом. Только Машка могла такое придумать и сказать с полной серьезностью.

Мы сидим еще недолго, потом подруга ссылается на работу, на которую мне завтра, к счастью, не идти, и, договорившись о встрече с «совпадением» из «Тиндера», быстро собирается домой, наказывая мне ни в коем случае на контакт с Красновым сегодня не идти. Вот только откуда в ней столько уверенности, что Максим явится, вообще не понимаю. Уж вряд ли он так быстро справится с делами.

Она обещает позвонить и, расцеловав меня, уходит, а я снова остаюсь в одиночестве, только теперь мне компанию составляют пустые коробка из-под пиццы и бутылка вина. Собираю все в мусорный пакет и ставлю у двери, намереваясь вынести утром.

Теперь точно ничего не напоминает ни о возможном околосвидании, ни о женских посиделках. Сажусь на диван, запуская сериал на «Нетфликсе», лишь бы не слушать тишину и не думать, что это только мне могло так повезти. И чем дольше смотрю, тем больше понимаю, что зря себя накручиваю. Тут вот вообще жена мужу изменила после двадцати лет брака, и ничего. Качаю головой, когда слышу стук в дверь. Поджимаю ноги и испуганно смотрю в коридор. Это ведь не может быть кто-то знакомый? Вечером воскресенья никто без предупреждения не приходит.

А что если…

Нет. Краснов бы точно не явился. Его я знаю слишком хорошо. Ух, лучше бы вообще никогда больше не видеть этой улыбки и голубых глаз. Кто-то настойчиво стучит, но я не открываю. Не хочу встречать гостей, хочу запивать грусть вином и наблюдать за красивыми сценами из категории восемнадцать плюс, которые показывают на экране, а не общаться с соседями или кого там нелегкая принесла.

Стук в дверь прекращается, и я слышу копошение в замке. Точно Краснов! Вспоминаю, что у него есть ключи. Надо завтра же забрать! Он остается ни с чем, потому что, проводив Машку, закрылась на все замки, и теперь дверь разве что выломать придется. Он не оставляет попытки, а я, уверенная в собственной правоте, выключаю свет и иду в спальню. Не хочу слушать эти жалостливые поскребывания, мне еще завтра предстоит терпеть эту наглую морду.

Как там говорят: если женщина на тебя обиделась, отойди на безопасное расстояние и брось в нее шоколадкой? Сладости решаю не дарить, а то Рыбка подумает, что я не забочусь о ее фигуре, а вот букет цветов на утро заказал.

Половину ночи думаю о том, как вести себя завтра: переходить в открытое наступление пока рано, но извиниться за сорванный вечер все же стоит. Отправляю в магазин сообщение с просьбой добавить записку, даже диктую текст и только потом засыпаю.

Что же, Рыбка, утром отмолчаться не удастся, потому что на этом мои геройско-джентльменские подвиги не закончатся.

Уже теряя связь с реальностью, ловлю интересную мысль: зачем я это делаю? Тешу свое эго, пытаясь завоевать бывшую? Усмиряю инстинкт охотника, проснувшийся на привлекательную добычу? Или все же хочу чего-то большего? Отгоняю все вопросы, решив подумать на свежую голову, и засыпаю сном младенца, предвкушая утреннюю встречу.

Но с самого утра развеивают мечты о прекрасном попытки вломиться в мою квартиру. По крайней мере, спросонья мне так и кажется, потому что грохот не прекращается. Поднимаюсь и, натянув вещи, выхожу, встречаясь с тремя мужиками в возрасте с пивными животами и в грязной форме. Странно, где успели так испачкаться с утра.

— Доброе утро. Чем обязан?

— Максим Саныч? — выдает первый и самый грузный из них. — Мы слесари из УК, соседи снизу жалуются на то, что вы их топите, — он двигается в бок, и за их телами разглядываю свою Рыбку, которая робко переминается с ноги на ногу. Надо же, соизволила подняться. — Мы посмотрим, что у вас в ванной творится?

— Да, проходите, — раскрываю дверь шире и пропускаю работников, жестом указывая им на ванную, правда, как они втроем там поместятся, вопрос интересный. Юля останавливается на пороге и старается игнорировать меня, уворачиваясь от взгляда. — Так и будешь здесь стоять или зайдешь?