– Там, наверное, сейчас крику… – заметил ангел. – Сафэн был в бешенстве на мосту.

– И не говори, – согласился ветер.

Мелькнули двери операционной, коридор, полный прозрачных людей, стены. Мы оказались в помещении, где осматривали Таню. За её головой стоял высокий ангел, держа руки на её щеках. С его белых пальцев струился свет, проникая под её кожу. Это было похоже на переливание, только вместо крови ангел вливал свет.

Я уже шагнул к Тане, но меня остановили слова Арима:

– Если приблизишься, ей станет хуже.

– Почему?.. – начал было я и замолк.

Потому что заметил, что в комнате есть ещё кое-кто. Тоже ангел, только с кожей чёрно-фиолетового цвета и мощными крыльями в гладких, сверкающих, как снег на морозе перьях. Его одеяние разительно отличалось от лёгких туник его белых собратьев. Грудь закрывал панцирь доспех. Казалось, чёрная пластина, чётко повторявшая рельеф тела, была просто приложена к нему и намертво приклеена к коже, потому что её ничего не держало, никаких ремней или перевязок. Отдельные пластины облегали плечи и бедра. А за спиной ангела, под правым крылом поблёскивали рукоять и лезвие полутораметрового меча. Похоже, впаянного в его спину также, как и пластинки. Хотя сразу было видно, что это не доставляет ему никаких неудобств. Я мог бы принять его за ангела смерти, но своим, внушающим дрожь в коленях видом, он больше походил на ангела разрушителя.

Однако, страшней всех был всё-таки Танин ангел, уже хотя бы потому, что он бешено срывался на тёмного:

– Где вас носило?!

– Прости, Сафэн, – оправдывался тот, – место было чистейшим буквально за секунду до прорыва, заметить что-то было невозможно.

– Дисбаланс света в десяти местах возле дороги! – совсем раскричался ангел. – А вы не поняли что это прорыв?!

– О чём это он? – шепнул я своему.

– Десять предотвращённых бед, – ответил Арим. – Когда идёт давление на внутреннюю оболочку тьмы, то есть, когда что-то идёт на прорыв, темнота выделяется во внешние слои. Из-за этого происходят разломы света. Когда на них наезжает машина, случается авария. За несколько секунд до вашей, стражи предотвратили десять таких бед.

Я даже замер. Как я в этот момент понял Таниного ангела. Предотвратили десять возможных аварий и не догадались, что будет что-то серьёзное!

– Ты же знаешь, это невозможно, – продолжал оправдываться чёрный ангел, – на то и несчастный случай, нельзя узнать заранее, где граница света будет нарушена.

– Павел! Вы стражники! Вы должны ощущать колебания света и тьмы!

– Мы ощутили…

– Только поздно! И не там где надо!

Павел замолчал, внимательно глядя на разъярённого Сафэна.

– Не смотри на меня так! – отрезал тот. – Из-за того, что вы опоздали к месту прорыва, мы не спасли охраняемых.

– Ты успел, – заметил тёмный ангел.

Сафэн вместо ответа кивнул на меня. Павел обернулся. Секунду его напряжённый взгляд скользил по мне и сразу смягчился.

– Прости, Виктор, – произнёс он.

Вот так просто, да? Прости и всё? За то, что я теперь… А что я теперь вообще такое?

– Тёмные создания проделывают это каждую минуту, – сказал Павел. – То, что ты видел на мосту – это прорыв из самого глубокого слоя тьмы – абсолютной, самой опасной. И все твари, оказавшиеся рядом, ринулись защищать его отчаянно. Мы не справились бы сами, поэтому ангелы-хранители покинули вас.

– Что? Что значит, покинули? – я опешил.

Павел пристально посмотрел на моего ангела.

– Арим, ты не сказал ему?

Тот стоял, опустив крылья.

– Прости, Виктор, – прошептал он, – мне пришлось, иначе…

– Ты что… бросил меня там? – крикнул я, не дослушав.

Арим сдавлено ответил:

– Да.

– Почему?

Я почувствовал слабость во всём своём призрачном теле.

– Во время таких прорывов в свободный свет выходят не простые тёмные существа, выходят демоны, а это куда серьёзней, чем…

– Вот как! Значит я – это не серьёзно!

– Ты не понимаешь, Виктор, – в голосе моего ангела слышалось отчаяние, – если бы мы не бросились к месту прорыва, вышел бы один из демонов. А это новая война или новый смертельный вирус или катаклизм. Таких, как ты…

– Таких, как я?! – я почувствовал злость. – Таких, на которых можно наплевать?!

Арим посмотрел так обиженно, что я разъярённо отвернулся. Он ещё обижается!

– Не кричи, Виктор, – попытался Павел, – выбор у ангелов был совсем не велик: либо оставить охраняемых и помочь нам спасти свободный свет, либо остаться на местах и содействовать проникновению демонов.

Даже здесь, в этой странной средней тени я чувствовал, что дышу взволнованно, зло. Мой ангел меня бросил! Помчался спасать мир ценой моей жизни! А почему, интересно, тогда Роман жив? И Максим тоже. Их ангелы, значит, остались на месте! А этот!

– Прости, Виктор, – прошептал Арим.

– Отвали, – бросил я через плечо.

– Прости.

– Отвали!

– Прости меня…

– Вот ты гад, а!.. – я развернулся в бешенстве, намереваясь заорать в лицо ангелу какая он сволочь, но вся моя злоба вдруг иссякла.