Шрифт:
— Куда?
— Куда захочешь, Меган, — шепчет мужчина, а его губы творят на коже невероятные вещи.
— Но я хочу еще потанцевать…
Кальвадос уже ударил в голову, я медленно улетаю от него и от поцелуев Берфорта.
— Ты уверенна?
Нет… Я уже ни в чем не уверенна.
— Меган?
Я выдыхаю и открываю глаза.
— Уверена.
Чувствую, как его губы превращаются в улыбку, и он шепчет:
— Милая обманщица.
Крис отстраняется, а я возвращаюсь с небес на грешную землю. За столик уже присаживаются остальные, у всех раскрасневшиеся лица и блестящие глаза. Маркус немного расстегивает светлую рубашку, рядом с ним пристраивается эффектная блондинка в зеленом платье.
Не знаю, сколько проходит времени, но я определенно перебрала с алкоголем. Ноги гудят от танцев, в голове туман — все мелькает перед глазами, кружится…
— Меган?
Очень знакомый сексуальный голос. Я пьяно смотрю в карие глаза и улыбаюсь.
— Пойдем, — Крис обнимает меня за талию и куда-то ведет.
— Никуда я с тобой не пойду, — заплетающимся языком бормочу в ответ.
Он молчит, а я отталкиваю его, зацепляюсь обо что-то ногой и падаю.
*словавзятыизпесенPost Malone — Rockstar ft. 21 Savage (Able Heart Remix)
Zayn Malik — She (Ricii Remix)
Глава 5
Нью-Йорк, США
Соблазны созданы для того, чтобы им поддаваться!
Первое, что я чувствую, когда открываю глаза — ужасный привкус во рту, как будто меня целую ночь выворачивало. Пытаюсь привстать, но из пересохших губ вырывается стон:
— Черт… Моя голова…
Непонимающе оглядываюсь вокруг — это не моя комната, и еще я ненавижу шелковое белье. В дверях появляется Берфорт. Удивленно таращусь на него, потом заглядываю под одеяло и сползаю обратно на подушку. Нет, просто невероятно…
— Доброе утро, — говорит он, и матрац рядом прогибается.
— Оно не доброе, — хриплю, не узнавая свой голос.
Крис ставит на тумбочку стакан с водой и кладет таблетку.
— Как голова?
— Издеваешься?
Закрываю глаза и пытаюсь восстановить события прошлой ночи. В голове мелькают какие-то отрывки: мы за столиком, потом я танцую, потом танцую уже с Крисом, снова за столиком и кальвадос, хренова туча кальвадоса… «Прекрасно. Просто прекрасно. Ты надралась и ни черта не помнишь, Миллер».
— Выпей таблетку, Меган.
— Пожалуйста… помолчи… моя голова сейчас взорвется… — невнятно бормочу.
— Конечно, ты же упала и напилась. Точнее, сначала напилась, а затем упала, — говорит Крис и встает.
— Ч-что??? Как упала?! — вскакиваю и сразу же хватаюсь за голову. Черт, как же болит! И… это еще что? Глаза расширяются, а рот изумленно раскрывается. Шишка??? Это шишка??? На лбу??? Твою мать!!!
— Эй! Эй! Немедленно иди сюда, говнюк! — кричу и одновременно шиплю от боли.
Откуда-то из квартиры доносится его смех, и мое терпение кончается. Я вскакиваю с кровати и выбегаю за Берфортом. Быстро спускаюсь по ступенькам и шлепаю босиком на кухню. Крис оглядывает меня снизу вверх и берет в руки чашку. На нем только пижамные штаны, но меня это мало волнует. И то, что я стою перед ним в одних трусиках — тоже.
— Говори.
Мужчина улыбается и делает пару глотков.
— Признаюсь, что даже после пьянки и с шишкой на лбу ты прекрасна, Меган.
Я чуть ли не скриплю зубами от злости.
— Берфорт, не зли меня.
Крис удивленно поднимает брови.
— Значит, ты все-таки знала, кто я?
— Если ты сейчас не скажешь, я…
— Ты?
Он заинтересовано оглядывает меня и опирается о стол. Как же хочется чем-то кинуть в него, но я сдерживаюсь, вздыхаю и спокойно произношу:
— Что вчера было?
Крис наклоняет голову и криво улыбается.
— Ничего такого, кроме того, что ты напилась и упала. Потом я привез тебя к себе. Вот и все.
— Замечательно…
Разворачиваюсь и иду обратно.
— И еще… думаю, тебе стоит посмотреть на себя в зеркало и сходить в душ, — говорит Берфорт насмешливо мне в спину.
Я быстро поднимаюсь на второй этаж и захожу в ванную.
— Ч-ч-черт…
Смотрю на себя в зеркало и быстро умываюсь. Не верится, что он видел меня в таком виде: потекший макияж по всему лицу, огромная гулька на лбу и кубло на голове. «До чего ты докатилась, Миллер».
Душ приводит немного в чувство. Выхожу и сажусь на кровать. Шишка на лбу огромна и ужасно болит. Это как надо было навернуться… Боже. Я роняю голову на колени и тихо бормочу: