— Конечно, мы не можем отказать вашей гостеприимности, Уильям, — перебивает Крис, а я готова расхохотаться, наблюдая за происходящим. Просто невероятно! Этот «званый ужин» что-то с чем-то. Голова ужасно гудит — хочется лечь и отключиться.

— Замечательно, скажу Марте, чтобы вам подготовили комнату на втором этаже.

Джей поднимается, и в гостиной остаемся мы вчетвером. Ирен начинает возбужденно шептать что-то Берфорту на ухо. Наверное, возмущается, судя по выражению ее лица, но Крис сразу же останавливает поток слов парой фраз и холодным взглядом. Даже жаль наивную девочку, но я отгоняю эти мысли. «Он ведь с ней спит».

— Ты же тоже переночуешь у нас? — произносит тихо мой братик, но я кидаю на него скептический взгляд, говорящий: «Ты с ума сошел?»; Лиам играет бровями и косит глаза в сторону «голубков», — он отправит ее в Париж, ради тебя, сестренка.

— Перестань, — шикаю на него и качаю устало головой.

— Поверь, я вижу, как он на тебя смотрит. У вас же что-то было, да? — продолжает жужжать над ухом настырный парень. — Этот самец тебя весь вечер пожирает глазами.

— Самец? — округляю глаза. Вот с кем, с кем, но с ним точно не собираюсь обсуждать эту тему. — Что за пошлость? Ты еще мал для таких слов.

Лиам фыркает, скрещивает руки на груди и тихо говорит:

— Ты с Луны свалилась? Сейчас двадцать первый век. У меня давно ужеэтобыло. И не один раз. Девочки сейчас очень… раскрепощенные и настойчивые.

Сижу с открытым ртом, и даже ругань на противоположном диване отходит на второй план.

— Да ладно, не пугайся так. Я предохраняюсь, — разражается раскатистым смехом Лиам, а «голубки» перестают спорить, обращая на нас внимание.

Не могу поверить, что говорю с братом о сексе. Конечно, он взрослый, красивый и заметный парень, но… Так странно быть старшей сестрой и переживать за него. А я ведь даже не знаю, есть ли у него девушка, и любил ли он кого-нибудь. Эгоистка. В гостиной появляется Уильям Джей и говорит, что комнату уже подготовили.

— Ваши вещи перевезут сюда с «Коринтии», не переживайте, я об этом позаботился.

— Благодарим, Уильям, — отвечает Крис и поднимается. — Прекрасный вечер и ужин. Спасибо за приглашение и теплый прием.

— Не стоит благодарностей, Крис. Можете идти отдыхать, — улыбается уголками губ Джей.

Берфорт кивает Лиаму, бросает на меня многозначительный взгляд мы-еще-увидимся-это-не-конец и выходит. Поднимаюсь, прочищаю горло и говорю, глядя на Джея:

— Да, спасибо, что… позвали.

— Я думал, ты останешься у нас, уже ведь поздно.

— Спасибо, но нет, я поеду домой.

Лиам разочаровано вздыхает.

— Я скажу Джону, чтобы он подогнал машину.

Не могу отделаться от чувства, что Уильям Джей запланировал этот ужин неспроста. Либо паранойя, либо он знал, что мы с Крисом когда-то были парой. Он ведь говорил, что наблюдал за мной. Пока я строю разные теории, в помещение возвращается Лиам. Я еще раз благодарю Джея за «потрясающий ужин» и выхожу на улицу, останавливаясь рядом с черным Мерседесом.

— Знаешь, несмотря на его пугающий вид, я одобряю и благословляю вас, — шутит брат, а я закатываю глаза. Он слишком мал и не понимает, что отношения — это сложно и болезненно.

Лиам открывает заднюю дверь автомобиля и целует меня в щеку.

— Я жду подробностей, сестренка.

— У тебя слишком длинный нос, братец, и он лезет не в свои дела, — целую в ответ, садясь в салон, и слышу смешок. Дверь закрывается, а машина плавно выезжает — «мир Ульяма Джея» и его «замок» остаются позади, как и Крис Берфорт со своей француженкой. Блаженно прикрываю глаза и, наконец, выдыхаю — этот тяжелый день и встреча пережиты успешно.

Лондон, Англия

Из прекрасных сновидений вырывает надоедливый звонок телефона, который никак не может угомониться — еле открываю один глаз и хриплю:

— Да.

— Ну, ты и соня, уже почти обед, — слышу бодрый голос Бредли и отрываю телефон от уха. Парень оказывается прав — почти двенадцать часов, а я еще в постели, и если бы не звонок, продолжала бы видеть сны.

— У меня вчера был… не самый приятный вечер, — бормочу и переворачиваюсь на бок, а воспоминания бурным потоком атакуют мозг: «званый ужин» и неожиданное появление Берфорта с его француженкой.

— Сочувствую, но у меня для тебя радостная новость — через пару дней открытие выставки! Все почти готово, и чувствую, что на этот раз будет ажиотаж, — возбужденно говорит Николас, а я постепенно просыпаюсь, перевариваю информацию и распахиваю глаза.

— Серьезно? Так скоро?

— А ты что думала? — хмыкает художник.

— Ну… — заикаюсь и поднимаюсь на локти, откидывая одеяло — в лицо ударяют лучи солнца и слепят глаза, от неожиданности жмурюсь и закрываю их. — Не думала, что всего две с половиной недели, и картины, на которых я, увидят люди.