Я молнией носилась туда-сюда между крыльями, проверяя, чтобы все и вся были на месте и готовы к работе, и уже подходила к пульту управления, когда Линкольн остановил меня.

— Это тебе, — сказал он, доставая из-за спины букет красных роз и протягивая их мне. Он заглянул мне в ухо и ухмыльнулся. — Хотел быть первым, но, похоже, кто-то меня опередил.

Я поборола улыбку. — Ты не слушаешь ничего из того, что я говорю?

Это был глупый вопрос. Линкольн никогда не слушал ничего из того, что кто-то говорил.

— Знаю. Не до конца выступления, бла-бла-бла. Но раз у папы вечеринка и все эти волнения, я не хотел забыть.

Наш отец решил, что сегодняшний вечер станет отличной ночью, чтобы объявить близким друзьям и семье, что он решил баллотироваться в президенты. Мы все знали, что это произойдет. Он говорил об этом годами. Сегодняшний вечер должен был стать официальным. Мама организовала вечеринку после балета, чтобы отпраздновать премьеру и дать папе возможность сделать заявление. Я не возражала против того, чтобы разделить с ним центр внимания. Если бы это зависело от меня, он мог бы получить все. Мне нравилось быть здесь, за кулисами.

Я приняла цветы с легким поклоном. — Спасибо.

Линкольн действительно принарядился для этого случая. Он отказался от своих обычных джинсов и футболки и был одет в черные брюки с черной пуговицей, даже заправил их и подпоясался ремнем. Его вьющиеся волосы были уложены, и он выглядел почти... нормальным — за исключением татуировок, выбивающихся из воротника на шее и перетекающих из рукавов на руки и пальцы. Но его улыбка и блеск в глазах смягчали его черты. Немного.

— Подслушал, что произошло между тобой и Донахью.

— Я бы не хотела заново переживать этот разговор. Во всяком случае, не сегодня. — Я почувствовала, как мое возбуждение отступает, и мои стены снова поднимаются. Я положила цветы рядом с пультом управления.

Его взгляд проследил за моим движением, затем поднялся и встретился с моим. — Ззнаю. И я обещаю, что не буду давить. Просто хотел, чтобы ты знала...

Я прервала его. — Линк...

Он поднял руку. — Дай мне закончить. — Он прижал два пальца к переносице и закрыл глаза, долго моргая, прежде чем продолжить. — Услышав, что и как он сказал, я начал немного копать сам.

Я сжала руки над своим колотящимся сердцем, физически желая, чтобы оно успокоилось. — Я действительно не хочу делать это прямо сейчас.

Все это время я бежала от своих призраков, и вот он здесь, копает кости. Что-то кольнуло в моем нутре, и я не знала почему, но чувствовала, что Линкольну нужны ответы так же, как и мне. Это чувствовалось в его голосе и глазах.

— Знаю. — Он вздохнул. — Я знаю. — Его обычно отстраненный голос был полон чувств. — Просто подумал, что ты должна знать, что он говорит тебе правду. Он не знал, что она была там. Его даже не было дома той ночью.

Поток эмоций пронесся через меня, в равной степени радуясь тому, что Линкольн укрепил мое доверие к Каспиану — не то, чтобы я нуждалась в этом — и волнуясь, что мы можем никогда не узнать правду.

— Мисс Хантингтон, — прервал мои мысли парень у пульта управления. — Уже почти время.

Точно.

Балет.

Я отбросила секреты прошлого и сосредоточилась на настоящем. — Ты должен пойти сесть, — сказала я Линкольну.

Он наклонился и поцеловал меня в лоб. — Побей их насмерть.

— Это перерыв... — Я покачала головой. — Неважно. Иди. — Я махнула ему рукой, затем повернулась к парню у пульта управления.

— Давайте сделаем это.

Свет в зале померк, уступив место прожекторам над головой. Музыка затихла, и атмосфера изменилась. Все разговоры смолкли, когда медленно открылся занавес. Нежные фортепианные ноты первой партитуры струились в воздухе, когда первые танцоры вышли на цыпочках из кулис.

Я сделала глубокий вдох.

Начинаем.

***

Через несколько часов мы переехали из театра в бальный зал отеля на другой стороне улицы. Как обычно, моя мама превзошла себя в организации вечеринки. У меня болели щеки от улыбок и благодарности всем гостям, которые говорили, каким потрясающим было представление балета.

Я переоделась в простое черное платье и туфли на каблуках, но убрала волосы из пучка, чтобы они темными волнами спадали на плечи — без цветка. Я не ожидала, что Каспиан последует за нами сюда. Мама разослала приглашения, а Донахью, хотя и были союзниками в бизнесе, не были теми, кого отец считал близкими друзьями и семьей. Однако это не помешало мне оглядеться в поисках его.