Мужчина закрыл глаза.

– Вы способны на все, – сказал он, – все равно вы будете гореть в аду.

– Где Ахмед Мурсал?

Убийца покачал головой.

– Вы можете отпустить его, – гневно крикнула Алиса. Она поняла все проклятия нападавшего.

– Подождите, – отмахнулся Дронго. Он перегнулся и, сильно порезав левую руку, втянул мужчину внутрь. Упал при этом вместе с ним на пол. От сильной боли раненый застонал.

– Тебя обманули, – убежденно произнес Дронго, поднимаясь. – Человек, пославший тебя сюда, не правоверный мусульманин. Он обагрил свои руки кровью хаджи Карима, кровью своего единоверца. Это он будет гореть в аду.

– Я ничего не знаю, – прошептал мужчина.

– Нам нужно уходить, – торопила Алиса, – бросайте все и уходим! Иначе нас арестует сирийская полиция.

– Где? Где находится Ахмед Мурсал? – настойчиво тряс Дронго мужчину.

За дверью уже слышались голоса, топот. Алиса Линхарт подскочила к двери и щелкнула замком.

– Опоздали! – сказала она. – Они нас арестуют.

Дронго похлопал по карманам раненого. В одном из них лежал ключ с биркой. «Отель „Диван“, – прочитал он, забирая находку. В дверь уже ломились.

– Нужно бежать, – Алиса озиралась по сторонам. Она понимала, что будет с ней, если попадет в руки сирийских спецслужб. Но не видела выхода из создавшейся ситуации. – Будем прорываться! – решительно крикнула она.

– Идем, – кивнул Дронго. И перелез через стекло в люльку.

– Вы ненормальный, – в ужасе отшатнулась женщина, – мы разобьемся.

– У нас нет времени, – отрезал Дронго.

Он схватил ее и притянул к себе, пронеся над зубьями разбитого стекла. Дверь открылась, в комнату ворвались сразу несколько сирийских полицейских. Алиса была уже рядом с ним на опасно качающейся люльке. Он посмотрел на женщину, они поняли друг друга без слов. Подняв пистолеты, они разрядили свои обоймы над головами полицейских. Те испуганно попадали на пол.

– Вниз! – крикнул Дронго, запуская механизм. И люлька стремительно полетела вниз.

Они упали, больно стукнулись, когда люлька замерла в нескольких сантиметрах от земли. Сверху уже высовывались головы полицейских, некоторые начали стрелять.

– Бежим! – скомандовал Дронго, подтолкнув женщину.

Они вскочили и побежали под выстрелами полицейских. Внезапно женщина вскрикнула.

– Что с вами? – обернулся Дронго. – Вы ранены?

– Кажется, подвернула ногу, – виновато ответила она.

Он наклонился, поднял ее на руки и побежал в сторону старого города. Позади слышались крики случайных прохожих, выстрелы полицейских, испуганные вопли женщин.

Касумов привез Мансимова в изолятор Министерства национальной безопасности. После громкого побега отсюда бывшего министра обороны и еще нескольких арестантов огромное здание обнесли высокой оградой, повсюду расставили охрану, усилили охрану в самом изоляторе. Сбежать теперь отсюда не было никакой возможности.

Касумов не стал дожидаться утра, сразу вызвал из дома сотрудника технического отдела, с которым они вместе осторожно открыли «дипломат». Предосторожности, как, впрочем, и полагал Касумов, оказались излишними, чемоданчик был набит деньгами и документами. Выяснилось, что у Мансимова имелось несколько паспортов, среди которых был и на имя турецкого гражданина с фотографией Ильяса Мансимова.

Только после того, как все было задокументировано, Касумов позволил себе поспать у себя в кабинете два часа и уже в девять утра встречал своих сотрудников чисто выбритым и в свежей сорочке. Никто не понимал причин радостного блеска в его глазах. Все приходившие на работу сотрудники считали, что видятся со своим начальником в последний раз, он же, наоборот, собрал совещание и даже давал задания на перспективу.

Ровно в десять часов утра министр вызвал к себе Эльдара Касумова. В кабинете находился и мрачный заместитель министра. Ему уже сообщили о недовольстве самого президента происшедшим в аэропорту взрывом. И теперь заместитель министра готов был обрушить весь свой гнев на голову Касумова, требуя не только его увольнения из органов, но и отдачи под суд.

Когда Касумов вошел в кабинет, министр, не приглашая его сесть, мрачно спросил:

– Где заявление?

– Разрешите доложить? – попросил Касумов.

– Не разрешаю. Почему нет заявления?

– Я считал, что вы уже знаете, – улыбнулся Касумов.

Это улыбка выбила из равновесия заместителя министра. Он взорвался.

– Ты чего улыбаешься? – закричал он гневно. – Ты почему улыбаешься? Что смешного в твоих проколах?

Более догадливый министр поднял со стола сводку вчерашних происшествий, которую еще не успел прочесть. И изумленно посмотрел на Касумова.

– Ты его нашел?

– Так точно, – еще шире улыбнулся Касумов.

– Где он?