— Там такая порода, Толя говорил мне, я не запомнила, помню, что как с телёнка и это ещё щенок до года.

— Хм. — ну в принципе, такой вариант вполне подходил, особенно если учесть, что щенок породистый и им надо заниматься, а тогда риск помереть со скуки снижался до минимума.

Собака, это не то, о чём я мечтала, и с большей радостью и охотой ездила бы к своим лошадям. Но после дня свадьбы и первой встречи для фотосессии я так и не видела их. Даже про фотографии Исаев молчал.

— Может, — подумала о фотографиях, но версия совсем была глупой, какая тут ни скука с ними?

На стену повесить несколько, и всё.

— Что?

— Да не, ерунда, — отмахнулась я, — У вас планов на завтра никаких нет? Я до мамы дойду? — спросила у тётушки, ещё вчера поняла, что она не знает о запрете Анатолия на мои посещения отчего дома.

 — Да нет, иди ради бога! Чего я без тебя не сделаю-то? — спросила она со смехом, очень в этот момент будучи похожа с племянничком.

— И то верно, — улыбнулась ей, радуясь, что всё так удачно сложилось.

Вечером муж позвонил, как и обещал, но говорить ему снова было некогда. Наскоро пожелал мне сладких снов обещая быть дома уже к завтрашнему вечеру, и всё! Ещё раз я подумала в сторону собаки, наверное, возится там со щенком и времени нет, а ещё дорога, да и щенки обычно гавкучие. Тявкнет и уже не сюрприз.

Всё было более чем очевидно и чего-то другого я не ждала. Засыпая, хотела утром навестить маму и вернуться до обеда домой, чинно дожидаться мужа с сюрпризом, но Исаев такой основательный и даже в своих сюрпризах.

Явился утром, когда я ещё спала, разбудил, целуя живот. Я ещё глаз раскрыть не успела, толком понять, что это он, но уже дошло, что про беременность мою муж уже знает.

Исаев дотянулся до светильника, включил его и комнату наполнил мягкий свет, освещая лицо мужа. Довольный он был не передать! Даже усталость и красные глаза не скрадывали этого его состояния.

— Доброе утро, милая, — улыбаясь, погладил мой живот.

— Знаешь уже да? — буркнула обиженно, у него вот сюрприз, а у меня не пойми что.

Лидка поганка!

— А ты сама сказать хотела? В другой раз скажешь, в аптеку только за тестами не ходи, — смеясь, сказал муж, — Сюрприз будешь смотреть? — спросил, протягивая мне красную прямоугольную коробку, перевязанную серым бантом.

— Что это? — явно то была не собака, я села на кровать, чтобы развязать бантик.

— Скучно не должно быть, — уклончиво ответил муж, дав мне возможность самой узнать, что там в этой коробке.

— Правила дорожного движения? — посмотрела на мужа растерянно, не понимая, что происходит и зачем мне этот журнал.

— И вот, — порывшись в кармане пиджака, муж достал ключи от машины.

Моей машины!

Пока муж потирался довольный о мой живот лицом, я дрожащими руками вцепилась в ключи и пыталась хоть что-то сказать, но слова застревали в горле.

— Ну так что? Умоешься сначала или сюрприз смотреть пойдём? — спросил Исаев, отвлёкшись от явно приятного занятия, а я словно веником по заднице получила.

Отмерла наконец-то.

— Смотреть! Конечно смотреть! — повизгивая от восторга под хохот мужа соскочила с кровати и хотела бежать скорей на улицу, забыв обо всём на свете.

— Ника, тапочки! — окликнул Исаев, подпинывая тапки ногой, заставляя вернуться.

— Ага, — как ошалевшая корова скакала туда-сюда, а пихая ноги в тапки чуть правый с левым не перепутала.

— Ой коза-а-а-а... — протянул муж, с улыбкой все тридцать два зуба.

Это определение мне тоже сейчас подходило. Столько восторга, что я отару коз могла с лёгкостью переплюнуть.

— Это же целая машина! — прижав к груди ключи, засучила от нетерпения ногами, — Пошли скорей смотреть! — позвала Анатолия, всё же его подарок и без него смотреть было неловко.

— Пошли, пошли, — муж нехотя поднялся на ноги, видно было, как он устал, торопился вернуться домой.

Смотря на него, меня уже наравне переполняли радость от сюрприза и желание быть благодарной за такой дорогой подарок. Даже не заметила, как беременность для меня отошла даже не на второй, а на третий план.

Сюрприз мужа было видно ещё с крыльца, из-за забора торчал огромный красный бант, и я поняла, что это что-то совсем неминиатюрное. Иначе банта было бы не видно. Перед калиткой притормозила, растягивая этот трепет, от неизвестности. Медленно выглянула на улицу и всё что могла это открыть рот, посмотрев мимолётно на мужа.