Но он этого не сделал. Вместо этого он нежно положил руку на мое обнаженное плечо, сжимая.

— Я понимаю. Я знаю, каково это — держать обещание… даже если оно мешает тебе жить.

По тому, как потускнело выражение его лица, а взгляд стал расфокусированным, я поняла, что то, о чем он говорил, сковало его в прошлом. Мне хотелось залезть и проталкиваться, счищать слои, задавая вопросы, чтобы найти центр. Его центр. Но крошечный голосок призывал меня не ковыряться в ранах, которые легко могут снова начать кровоточить.

Я прочистила горло и сосредоточилась на полусъеденном блине передо мной.

— Неважно. Даже если бы я не дала этого обещания, я бы все равно осталась здесь. Чтобы быть ходячим напоминанием для Эленор, что мой отец когда-то любил другую женщину. — Я пожала плечами. — Просто чтобы убедиться, что она не забудет, кто настоящая королева Уитлок.

Ной хмыкнул и слегка покачал головой.

— Напомни мне не нарываться на тебя. — Он наклонился ближе, положив руку на спинку моего стула. — Эй, я знаю, что тебе и твоим братьям не нравится Эленор, и это нормально. Но, хотя я не так хорошо знаю твоего отца, я думаю, что то, что он полюбил другую женщину, не означает, что он меньше любит твою мать или память о ней.

— Мне трудно даже представить себе это. Думать, что мой отец может по-прежнему любить мою маму и при этом делить постель с другой женщиной. Особенно с той, которая вдвое моложе его.

Ной прочистил горло и выпрямился на своем месте.

— Да ладно. — Я закатила глаза. — Между нами пятнадцать лет разницы в возрасте. А не двадцать пять. Я искренне не понимаю, почему тебя это беспокоит.

Он проглотил кусочек и сделал глоток своего кофе.

— Может быть, меня беспокоит не столько разница в возрасте.

— А что тогда?

Он не смотрел на меня, рассеянно проводя вилкой по блину.

— Как ты сказала, у каждого свой крест, который он должен нести. Может быть, я слишком забочусь о тебе, чтобы сознательно взваливать на тебя свой. — Он посмотрел на меня. — Ты молода. Ты прекрасна. И ты заслуживаешь человека с чистым листом.

— А что, если я не хочу кого-то с чистым листом?

Он бросил на меня косой взгляд.

— Тогда это та часть, где я разыгрываю карту возраста, говоря тебе, что ты слишком молода, чтобы знать, чего ты хочешь.

— Это несправедливо.

— Жизнь несправедлива, малышка. Ты знаешь это. — Он откусил еще кусочек, несмотря в мою сторону.

Я положила вилку на тарелку и повернулась на своем месте, чтобы посмотреть на него прямо.

— Как ты это делаешь?

— Что делаю?

— Делаешь вид, что тебе не все равно, а через минуту притворяешься, что тебе наплевать.

— Это не так.

— Тогда как же это на самом деле?

Что-то темное мелькнуло в его глазах, он наморщил лоб и нахмурил брови.

— Я слишком хреновый для тебя, Сиенна.

— Может, ты позволишь мне решить это самостоятельно?

— Это не то решение, которое ты можешь принять, когда у тебя нет всех фактов.

— Тогда расскажи мне.

— Господи Иисусе. — Он бросил вилку и рывком поднялся со своего места. — Что тебе от меня нужно?

Я встала, плотнее прижимая простыню к груди.

— Я не хочу от тебя ничего, кроме того, чтобы ты был верен своим чувствам.

— Поверь мне, это все, что я делал последние шесть гребаных лет. Вел себя в соответствии с тем, что я чувствую.

— Я не говорила о твоей бывшей жене. Я имела в виду… себя. — Мои щеки горели, смущение закралось в душу, когда я подставила себя под унижение, сомневаясь, что он испытывает ко мне такие же чувства, как я к нему.

Ной просто стоял там, проведя рукой по волосам и потирая затылок — замкнутый и раздраженный темой нашего разговора. Я могла видеть, какой дискомфорт он испытывает, говоря о том, что происходит между нами.

Я глубоко вдохнула, сжимая простыню между пальцами, чтобы было легче идти, обернув ее вокруг себя.

— Знаешь что, все в порядке. Ты прав. Ты с самого начала был против того, чтобы между нами что-то было. А я продолжала настаивать, вместо того чтобы понять намек. — Я уже собиралась повернуться и направиться в спальню, когда мне пришло в голову. — Это она, не так ли?

— Что?

— Твоя бывшая жена. Ты все еще любишь ее.

Он зажал нижнюю губу между зубами и покачал головой.

— Ты слишком далека от истины.

— Это единственное, что имеет смысл. Я знаю, что эта наша связь — не просто улица с односторонним движением. Ты тоже это чувствуешь. Но что-то удерживает тебя…