«ТЫ ВСЕГО ЛИШЬ БОГАТАЯ СУЧКА».

«Ты пожалеешь об этом, Сиенна. Клянусь Богом, ты пожалеешь об этом».

Тошнота подступила к моему горлу. Я ненавидела это. Ненавидела его. От одной мысли о нем у меня волосы на затылке вставали дыбом, и мне было почти невозможно поверить, что когда-то я любила его. По крайней мере, я думала, что любила.

Я удалила все его сообщения и заблокировала номер. Мы больше не были вместе. Мне не нужно было больше разбираться с его дерьмом. Но в моей голове продолжали звучать предупреждающие звонки, говорящие мне, что я еще не освободилась от него.

Сделав глубокий вдох и пытаясь успокоиться, я вышла из дома как раз в тот момент, когда Ной садился в свой грузовик.

Христос. Я даже не подумала так далеко. Если Клео останется здесь на какое-то время, это означало, что я, вероятно, больше не смогу спать в коттедже с Ноем. Не то чтобы я была против, если бы все знали о нас. Спенсер уже знал, но я не была уверена насчет Сайласа. Я не видела его с тех пор, как Окли взбесился и унизил меня.

Но с другой стороны, то, что мы с Ноем разделяли, было единственным, что принадлежало только мне. И я не была уверена, готова ли я поделиться этим со всем миром — особенно если существовала большая вероятность того, что как только Ной сделает то, ради чего он сюда приехал, он уедет, и все, что было между нами, будет кончено.

Боже, одна только эта мысль разбивала мое сердце изнутри.

— Куда ты направляешься? — Спросила я, подходя к его грузовику. Его похотливый взгляд скользнул по моему телу, от рукавов бежевого летнего платья, в которое я была одета, до подола юбки и вниз по моим обнаженным ногам.

— Глаза тут, Казанова.

Он усмехнулся.

— Ты не можешь ожидать, что я буду смотреть тебе в глаза, когда на тебе такое платье.

— Я жду, что ты будешь смотреть мне в глаза, даже когда я голая.

— У меня слабость к рыжим и член, который контролирует движение моих глаз. Я не могу ничего обещать.

Я прислонилась локтями к открытому окну его грузовика.

— Куда ты направляешься?

— Мне нужны новые кисти и кабельные стяжки.

Мои бедра сжались.

— Я бы спросила, зачем, но я сделаю вид, что эти вещи нужны тебе для работы, которую ты делаешь в коттедже.

Он вцепился в руль, голубые глаза сверкнули озорством.

— Именно для этого они мне и нужны.

— Ага.

— Куда ты едешь? — спросил он.

— Клео нужно где-то остановиться на несколько дней, и мне нужно забрать ее, так как родители забрали ее машину.

Невозможно было не заметить разочарования, отразившегося на его лице. Он знал так же, как и я, что нам придется сбавить обороты, пока Клео здесь. И это было отстойно.

Я выпрямилась и сделала шаг назад.

— Увидимся позже.

— До скорого, — ответил он, выезжая задним ходом на подъездную дорожку. Боже, я надеялась, что Клео не собирается оставаться надолго.

Я самая худшая подруга на свете.

Я остановилась на парковке, высматривая Клео. Вокруг было так много гуляющих, люди бегали со своими собаками, родители играли с детьми. Это был идеальный день для прогулок на свежем воздухе, но это затрудняло поиск Клео среди моря людей.

Поскольку Вселенная еще не закончила трахать меня в задницу, конечно, мой телефон разрядился, что означало, что я не могла позвонить Клео, чтобы она притащила свою задницу на стоянку. Можно было подумать, что она достаточно умна, чтобы понять, что на стоянке я ее заберу.

Автомобиль. Парковка. Это не так уж трудно.

Вздохнув, я надеваю солнцезащитные очки, прежде чем выйти из машины. Моя фотография в обнаженном виде была все еще чертовски свежа в памяти каждого, поэтому я решила оставаться незаметной и не привлекать к себе внимания.

Я осмотрела толпу, пришурив глаза в поисках Клео, которая, вероятно, была единственной женщиной в парке в туфлях на каблуках Джимми Чу.

Жара стояла зверская. На небе не было ни облачка, и ни один листок не шевелился от дуновения ветерка.

— Единственный день, когда я не воспользовалась солнцезащитным кремом. Где ты, Клео?

— Сиенна?

О, Боже правый.

— Окли, — прошептала я, закрыв глаза и подняв лицо к небесам.

— Я должен отдать тебе должное, Светлячок. У тебя есть яйца. — Он остановился передо мной. — Не могу поверить, что ты уже так быстро показываешься на людях.

В моей голове взорвалась целая серия фраз, и, хотя мне очень хотелось сказать ему, чтобы он шел на хуй, устроить сцену, а потом дать ему по яйцам, я была слишком охуевшей от его дерьма, чтобы удостоить его слова ответом.