Императрица взяла его за руки, как недавно меня, и попыталась так повернуться, чтобы он не заметил раннюю посетительницу. Но, увы, по какой-то причине, тот наоборот резко повернулся и уставился прямо на меня. Пришлось подняться и тут же упасть в подобострастном реверансе.

На его лице читалось изумление, словно меня узнали и находятся в полном шоке. Только вот проблема в том, что я императора видела всего-то несколько раз, и то мельком. Никогда мы с ним настолько близко не общались, чтобы он запомнил мою скромную персону. Это если допустить, что изумление вызвано тем, что он видит сквозь иллюзии. Иначе с чего бы так удивился Марьеше. Нет, скорее всего, дар матери передался и ему. Только вот не известно, насколько он в курсе истории Креоллы?

Кажется, я поспешила явиться во дворец. Одно дело, леди Ариана, и совсем другое ее сын. Или все же к лучшему?.. Эх… не хотелось так сразу попадаться в лапы Разведки. Они же могут меня арестовать просто до выяснения всех обстоятельств, а это время. А вдруг я в розыске? Мне некогда сидеть в камере!

— Мадемуазель Креолла? — Все-таки узнал! Шорт! И голос такой мягкий. — Как давно вас не было видно. И снова вы под иллюзией. Есть какой-то особый повод прикрываться Марьяной?

— Эльданир, это всё мои дела, — попыталась вступиться императрица. Но не помогло. Похоже, он в курсе всей моей истории. Но не хочет вспугнуть.

— Нет, Ваше Величество, — Его голос принял более угрожающее звучание, а в красивых глазах блеснула сталь. — Вы не правы. В данном случае дела здесь общегосударственные. Вы не в курсе, но мадемуазель Креола находится в международном розыске. Слишком громко она исчезла, оставив за собой много вопросов. Ещё и к вам явилась. Не побоялась. Что хотела, кстати?

Леди Ариана опустила голову.

— Сын, ты мог бы поставить меня в известность раньше. Креолла лишь попросила помощи.

— Эх, матушка. Как не стыдно врать императору?

— Эльданир! Я не позволю тебе причинить ей зло. Я верю, что у нее есть объяснение всему. Правда же, Крео?

— Ею займется граф дер Влеон. Он давно ее разыскивает, — жестко объявил мужчина.

— Сын! Ты не посмеешь ее обидеть. Я настаиваю. Пообещай мне, что не позволишь ему издеваться над девочкой!

Я в шоке смотрела на них, понимая, что выхода нет — придется сначала объясняться с этими двумя — императором и дер Влеоном.

Подскочила с места и упала перед ним на колени, схватив за руку.

— Ваше Величество! Прошу вас выслушать меня. Близкому мне мужчине угрожает опасность, я не могу ждать! Мне нужна ваша помощь.

Он явно не ожидал от меня подобного и даже растерялся. Видимо его смутили мои полные слез глаза. Отвернулся.

— Идемте, мадемуазель Креолла. Расскажите все дер Влеону, а потом я решу, стоит ли помогать вам.

— Сын! Ты поможешь ей! — вступилась леди Ариана решительно. — Обещай мне.

— Мама!

— Эльданир!

— Хорошо, мама, но при условии, что эта милая барышня будет предельно честна и снимет свой амулет.

Это он о том, что Эрманд мне дал? Неужели у него еще есть свойства, о которых я не знала?

— Креолла?

— Хорошо. Мне никто не сможет помочь кроме вас, Ваше Величество. Прошу, не тяните с решением.

— Все зависит от вас. Идемте.

Меня отвели в императорские покои, в шикарный кабинет. Забрали амулет и оставили на время в одиночестве. Сейчас буду объясняться перед человеком, который мог бы стать моим начальником, но не сложилось. Надеюсь, император не даст ему меня прибить.

Однако дер Влеон появился один, а правителя так и не было.

— Какие люди, мадемуазель, — произнес тот вальяжно, входя в кабинет. — Вы не представляете, как я удивлен.

Да уж. У него, наверное, скопилось огромное количество вопросов. И мне придется честно на них отвечать. Только вот хотелось бы не наедине это делать, а в присутствии императора. Но, кажется, тот и не собирался возвращаться.

— А Его Величества не будет при нашем разговоре?

Эйнир коварно улыбнулся, сверкнул своими красивыми зелеными глазами:

— А зачем? Он мне доверяет. Если решу, что вы оправданы, и вам нужно помочь, то Эльданир появится сам и займется вашим вопросом. Начнем?

Он прошел к монаршему столу и сел в огромное кресло, словно в свое личное. Мне указал на другое — напротив.

— Я вас слушаю… — ой, я хотела спросить, с чего лучше начать, а прозвучало ужасно. Он даже рассмеялся. Красивым таким, низким смехом.

— Мадемуазель, вы невероятны.

— Простите. Но что конкретно рассказывать?

— Все. С того момента, как попали в Академию. Я ведь так и не получил ваш отчет.