Шрифт:
— Ну что же вы?! — напряженно прошептала Татьяна.
— Цыц! Состава преступленния нет. Они просто стоят и просто разговаривают.
— А что является составом преступления?
— Мордобой.
— С использованием огнестрельного или холодного оружия.
— Что вы такое говорите?!
— Цыц, я сказал! Мы не можем применять оружие. А вдруг они просто пьяницы?..
— И еще спички. Их тоже где-то… — попросил один из пьяниц. — Перебрали, понимаешь… Праздник у нас. День этого, как его…
— Агронома, — подсказал его приятель.
— Во. День агронома.
— Не… День агронома был вчера, — не согласился третий наотмечавшийся приятель.
— Ну значит, день неагронома. Один хрен!
— Действительно один, — весело согласился Сергей, протягивая сигареты и спички…
— Нет, на разборку это не похоже, — уверенно заявили охранники.
— Они же окружили его!
— Ну и что?
— Как что? Вы должны его охранять!
— От кого?
— От них!
— Это просто пьяницы. Которые стрельнули сигареты. Пошли, Володя.
— Как так пошли?!
— Так и пошли. Ножками. Встречи не состоится. Встреча должна была состояться час назад.
Перегрузившиеся пивом охранники отошли от дамы своего сердца…
— Дай я тебя расцелую! — расчувствовался один из пьяниц, получивших вожделенную сигарету. И, раскинув руки, бросился на Сергея…
— Они… он хватает его! — крикнула вдогонку охранникам Татьяна. И, не дожидаясь их реакции, бросилась в атаку.
Она бежала, выставив вперед баллончик со слезоточивым газом и размахивая сумкой. Она видела, как мужчины хватали Сергея руками за одежду.
— Отойдите от него! — заорала она издалека. Подбежала и прыснула в лицо ближайшего пьяницы струёй аэрозоли.
— Ой! Блин! — охнул тот, хватаясь руками за глаза и от того падая. — Ты чего делаешь-то?
— Отойдите!..
— От кого? — удивились оставшиеся на ногах мужики, тараща глаза на даму и на баллончик со слезоточивым газом.
— От него отойдите, — уже гораздо тише, постепенно теряя запал, повторила Татьяна.
— Ну ты чего, чего?! Я стоял, а ты… — жаловался, плакал ползающий на коленях потерпевший.
— Отпустите его. Пожалуйста, — попросила Татьяна. Пьяницы разжали руки. И, не стоя на ногах, попадали.
— Ты откуда здесь? — тихо спросил все сразу понявший Сергей.
— Я?.. Я мимо проходила. Тут. От подруги. У меня здесь недалеко подруга живет.
— От подруги, говоришь?
— От подруги!
— Ну ладно. Пошли домой. Раз от подруги. Сергей обнял Татьяну одной рукой и, переступив через пытающихся встать пьяниц, повел к остановке.
Значит, не было ничего. Пригрезилось все — нападающие на мужа бандиты, пахнущие чесноком охранники… — расслабленно думала Татьяна. И наверное, не должно было быть ничего. Наверное, ее просто мучают страхи. Как в кошмарном, который утром кончится, сне…
— А я когда тебя увидела, подумала, что на тебя напали. Бандиты напали. И побежала.
— Ну что ты, кто на меня нападет? Кому я нужен?.. Таня и Сергей шли к остановке. Просто шли. И шли в тонком, пунктирном перекрестье оптического прицела снайперской винтовки.
— Объект вижу! Сообщите, когда работать объект?
— Объект не работать. Приказ — объект не работать! Обстоятельства изменились.
— Повторите.
— Объект не работать.
— Понял тебя. Объект не работать. Выпускаю объект. Отбой!
— На сегодня — отбой.
— Понял тебя. На сегодня отбой…
Глава 19
— Положить еще? — спросила Татьяна, пододвигая поближе к мужу тарелку с салатом.
— Я больше не хочу.
— Ну еще немножечко.
— Я наелся.
— Тогда, может, пюре?
— Ты меня уговариваешь, как ребенка.
— Ты и есть ребенок. Большой и глупый ребенок. За которым надо следить, чтобы он не попал в какую-нибудь дурацкую историю.
— Не было никакой истории.
— Ну значит, не было…
В коридоре зазвонил телефон.
— Я отвечу, — быстро вставая, сказал Сергей. — А ты мне пока положи пюре. С котлетой.
Татьяна смотрела вслед уходящему мужу. В руке у нее нелепо застыла ложка с пюре.
— Я слушаю, — громко сказал муж в коридоре.
— Вот и слушай. Слушай и запоминай, — ответил ему голос в телефонной трубке.
— Кто это? — изменившимся, напряженным тоном спросил Сергей.
Татьяна, уронив ложку на стол, бросилась в коридор.