— Думаешь, король это позволит? Сменить уклад… — начал Сайрус, но его перебили.

— Аристократическая вольница сидит в печенках у Вильгельма, Карла и Витольда. Пока вокруг были одни враги, требовались боевые маги. Тогда нас любили. Но сейчас другое время. Любой король будет рад прижать нас к стенке. Аморфные безродные, зависящие от нескольких лидеров, гораздо интереснее монарху.

— Любопытная версия. Но я вижу ситуацию по-другому: благородные понимают, что мир изменился. Скоро они забудут старые обиды, выступят единым фронтом, выжгут магией и калёным железом всех, кто будет против старого порядка. Не будет ни университета, ни академий. Детишек с талантом, вроде Маркуса, будут принимать в младшие ветви и септы, остальным — выжигать резерв и каналы. Сильным безродным и изгоям дадут шанс тихо умереть. Власть короля урежут. Если Аттано не истребят за все принесенные ими жертвы на благо королевства. Три мира зальют кровью, города будут лежать в руинах, а некрополи заполнят мертвецами. Не будет запретной магии и недопустимого оружия, будет лишь бездна, которая напугает самого Чужого.

— Поэтично, — спокойно оценила Оливия.

— И я хочу этого избежать. Сковать из ржавого лома меч и, держа его у цыплячьей шеи, договориться о мире. А если не получится… Что ж, хотя бы продать свою жизнь подороже. Как Адриан.

— Я же говорила, это была разовая акция, которая… — зашипела Оливия Нилей, но ей не дали договорить.

— Найдут новый повод или причину. Обвинят нашу группу в попытках повторить успех фараонов. Новая чистка, которая перетечет в резню. Сейчас любая искра спровоцирует пожар.

— С этим не спорю.

На этом воспоминание оборвалось.

«Как тебе? По-моему, миленько!» — ехидно заметил Янус.

«Если хоть одна из сторон говорит правду. В излишней честности я не могу обвинить ни Сая, ни Оливию. Уверен, в этом диалоге больше лжи, чем правды, раз нам дали его услышать», — мрачно ответил я.

Но новую информацию надо обдумать. Только завтра. Сейчас мой мозг на это просто не способен.

Увы, моим планам не суждено было сбыться. Едва я вышел из комнаты, столкнулся с Омфисом Нилеем.

Не такого «доброго утра» я хотел.

Я посмотрел в глаза благородному магу. Уверен, он сейчас начнет предъявлять мне обвинения. Что ж, мне есть чем ответить.

Мой невольный пациент вздрогнул и сделал шаг назад.

— З-здравствуйте, м-мэтр Кайлас, от всего сердца хочу пожелать вам…

Благородный выдал длинное сложное приветствие. Каждое слово он говорил так тщательно, словно от этого зависела его жизнь.

«Кажется, он тебя слегка боится. Даже не знаю почему», — рассмеялся Янус.

Я мысленно вздохнул.

— Прошу прощения, как я могу к вам обращаться? — начал я издалека.

Да, титулы я запомнил, но есть ли он у мага?

— Великолепный вопрос, мэтр. Для вас я просто Омфис. И буду им, когда унаследую графский, а позже и герцогский титул.

Если я ничего не путаю, то для меня это должно быть большой честью. Как и обращение мэтр.

— Хорошо. Чего вы хотите от меня, Омфис? — сложив руки на груди, спросил я.

Если что-то пойдет не так, я всегда смогу его вырубить. Оставил бомбу в его голове. И за это мне прилетит от Бестии. Чем-нибудь смертельным. Так что лучше до такого не доводить.

Парень молчал около минуты, потом задал вопрос в лоб:

— Что вы хотите за мое полное исцеление?

— О чем вы? — я сделал вид, что не понимаю.

— Мэтр Кайлас, я знаю, что вы намеренно не стали доводить до конца мое лечение. Это ваше право, я все понимаю, — заискивающим голосом сказал Омфис. — И я согласен заплатить любую цену за новую операцию. Просто назовите ее.

— Думаю, ты не можешь решить этот вопрос, мальчишка, — неожиданно вмешался в нашу беседу третий участник.

Омфис вздрогнул и с ужасом посмотрел на Оливию, которая подошла к нам.

— Мэтресс, я…

— Нарушил постельный режим. Возвращайся в кровать. Это приказ! — рявкнула она.

Правая рука Омфиса дернулась. О себе напомнила клятва на крови.

— Слушаюсь.

Когда он ушел, а вернее убежал, колдунья смерила меня тяжелым взглядом и сухо сказала:

— Мы обсудим этот вопрос позже, Кайлас.

Когда она ушла, из комнаты выглянула Луна. В руке она сжимала боевой жезл.

— Я думала, что без драки не обойдётся. Пока кровавые здесь, лучше держаться вместе.

Завтракали мы вдвоем, Луна всеми силами пыталась отвлечь меня от неприятных мыслей. Не сразу, но ей это удалось. После этого нас нашел Александр, под его конвоем мы поднялись на второй этаж.

В этом кабинете мы еще не были. Длинный прямоугольный стол в центре комнаты, все стены увешаны картами, три глобуса, каждый своего мира — Арда, Вильгельмины и Иллирии.

Во главе стола сидел ван Нормайен, по правую руку от него расположились Дагерад, Кохорн и неожиданно Владислав. Еще три стула были свободны.