На миг я правда готова все послать к черту: денег немного у меня есть, проживу как-нибудь, а дальше видно будет. Может получится устроиться в другое место? Но…по факту лучше мне сейчас не найти. Здесь платят просто потрясающе, на одних чаевых живи-не хочу, а еще коллектив…И знаете что? Безумно хочется утереть этому козлу нос, поэтому я вытираю проступившие от обиды слезы и берусь за дело.

Час. Два. Три. А я все мою. Кажется, у меня уже руки срослись с перчатками, гора же меньше не становится. На часах уже, стыдно признаться, пять часов утра. Я валюсь с ног, а второе дыхание, которое открылось у меня где-то в три ночи, окончательно потухло, поэтому я решаю отдохнуть. Присаживаюсь на стул у раковины, головой упираюсь в стену и прикрываю глаза, а как будто проваливаюсь.

– Марин?
– кто-то толкает меня в плечо, и я медленно открываю глаза.

Заснула. Позорно, неизвестно насколько — заснула на стуле. Ужас. Моргаю, тру глаза, а потом узнаю тетю Валю и резко вскакиваю.

– Вот черт!

– Ты что здесь делаешь?

– Сколько времени?!

– Полдевятого уже.

Четыре часа на стуле! На чертовом стуле! Я ненавижу Стаса Давыдова!

– Посуду мыла.

– Это я заметила. Зачем?

Застываю. В смысле зачем?! Мое лицо, наверно, отражает все мое замешательство, смешанное со злостью, от чего тетя Валя хмурится сильнее, но ждет объяснений.

– Как это зачем?
– шепчу, но уже знаю ответ, - Давыдов сказал, что ты не моешь после корпоратива, а это что-то вроде…

Нет, заканчивать этот бред лучше не стоит. Я сама теперь слышу, как глупо это звучит, а тогда от усталости вообще не соображала.

– Развел меня, да?

– Ох, святая простота…бедолага ты, Марина…

– Вот…козел!

Тетя Валя тихо посмеивается, потом осматривает всю сделанную работу и кивает.

– А ты молодец…Мне после корпоративов платят двойную ставку, так что считай неплохо заработала.

– Нет, я не возьму…

– Угомонись, - цыкает, потом подходит к раковине и добавляет, - Возьмешь, а теперь иди и поспи у Ленки на диване. Тебе же сегодня еще на смену?

– Да…

– Ну и топай! А Стасу я…

– Не надо. Я сама справлюсь.

– Ох, дурак…- улыбается, сама хитро на меня поглядывает, - Хвост вон как распушил. Всю программу на тебя пялился…

– Вам показалось.

– Ага. Показалось. Такое не кажется, дорогая…

Верю, только вот причина совершенно другая, но я решаю не спорить. Во-первых, тело у меня дико болит, а во-вторых, не хочу вдаваться в подробности, поэтому киваю и ухожу к Лене на диван. Самая оптимальная возможность хотя бы немного отдохнуть перед сменой, на которую меня будит мой директор.

– Эм…Марина?

Сегодня у меня неудачный день сомнительных и позорных пробуждений. Будильник я, видимо, послала на три веселых буквы, поэтому снова вскакиваю теперь не из-за тети Вали, правда…

– Черт…

– Ты…вчера перебрала что ли?

Лена заходит в свой кабинет, а я сажусь и тру глаза, потом выдыхаю.

– Нет. Давыдов урод.

– Это да, но конкретней можно?

– Заставил меня мыть посуду за всеми.

– Что, прости?!

– Знаю-знаю. Я дура, я ему поверила, а надо было позвонить тебе. Сплоховала я что-то…

– Я с ним поговорю.

– Не надо, - устало поднимаюсь и потягиваюсь, - Пошел он.

– Ты поаккуратней там, ладно?
– тихо говорит, когда я собираюсь выйти из кабинета, но оборачиваюсь.

– Почему?

– Ну…ты сейчас впечатлительная.

От намека на мой «супер-крутой» брак, я опускаю глаза в пол. Забавно вообще, о Саше я не думала все то время, как Давыдов снова ворвался в мою жизни — это единственный его плюс.

– Слушай…прикрой дверь.

Просит, и я слушаюсь, а когда полностью оборачиваюсь и смотрю ей в глаза, Лена складывает руки на столе и кивает.

– Могу кое что сказать? Если полезу глубоко, ты не стесняйся — тормози.

– Да, конечно, давай.

– У меня тоже был сложный развод в прошлом, так что я тебя прекрасно понимаю. Ты сейчас…скажем так на эмоциональных качелях.

Она так смотрит на меня, будто ждет подтверждения, и я тихо усмехаюсь: глубоко она не лезет.

– Ты не открыла Америку, Лен. Это даже у меня на почте знают. Я там устроила истерику и…эм…да неважно. Продолжай.

– Я к тому веду, что…сейчас тебе хочется разное: отомстить, забыть, простить…Короче говоря, ты сама не разобралась пока, а главное…ты сейчас очень ранима, но при этом очень впечатлительна.

– Снова. Это тоже у меня на почте знают.

– Не влюбляйся в Стаса.

– Прости?

– Он — не герой твоего романа. Стас очень обаятельный, красивый и умный мужчина, но у него огромный багаж из дерьма, в котором тебе сейчас копаться — смерти подобно. И он не заводит романов на работе. Пофлиртует, глазки построит, а потом развернет, будешь, как Аська.

– Он с ней...?

– Нет, у них ничего не было. Думаю, что он до конца не понимает, что делает не так, да и не хочет навредить. Так просто получается: девчонки от него без ума. Но он не заводит отношений, у него с этим все сложно.