Хватаюсь за голову, выходя на улицу и поглубже вздыхая. Не жизнь, а какой-то беспросветный кошмар. Читаю смс-ку от мамы, лихорадочно вспоминаю, какие автобусы ходят в ту сторону, но едва поворачиваюсь к остановке, как приходит еще одно сообщение.

Офигеть! Я тихо взвизгиваю и смахиваю навернувшиеся слезы. Бывает в жизни хоть что-то хорошее: премию дали! А это целых две зарплаты! Эх, сейчас бы романтический ужин, красивое платье, новый браслетик… А я смотрю на свою одежонку и тяжко вздыхаю. Васька все до копеечки с меня вытрясет и пропьет. Теперь же в две глотки бухать надо. Виталик-то у нас не на ночь, и не на две. Жить с нами будет, пока снова не сядет. А может, и Ваську за собой потащит.

Я доезжаю до нужной остановки, как во сне. Нахожу указанный мамой дом в престижном квартале и замираю посреди тротуара. За спиной жизнь, полная мрака и грязи. Перед лицом — жизнь, насыщенная интригами и коварством. Хоть дно, хоть вершина общества, а везде найдутся кукловоды и марионетки. Одни будут получать все, другие — ничего. И пока я не найду в себе силы бороться, все, кому не лень, будут дергать за мои ниточки.

Едва я подхожу к подъезду, как дверь открывается. Дама с собачкой окидывает меня высокомерным взглядом и начинает максимально нудно возмущаться:

— Женщина, это вы наша новая уборщица? Обратите внимание на грязь возле мусоропровода на третьем этаже. И в лифте чище убирайтесь, входить противно.

Взмахнув роскошными белокурыми волосами, она цокает каблуками за своей собачкой, а стою как вкопанная, смотрю ей вслед и шлепаю губами. Она лет на десять старше, а назвала меня женщиной! Да еще и за уборщицу приняла! Неужели все настолько плохо?

Опомнившись, я успеваю придержать медленно закрывающуюся дверь и вхожу в чистый подъезд. Переваривая произошедшее, поднимаюсь на нужный этаж и, только остановившись перед дверью, осознаю, что надо было в домофон позвонить. Конечно, Кристиан наверняка предупрежден о помощнике. Вот только он-то ждет не меня, а Ваську.

Вздохнув, нажимаю на кнопку звонка и жду приглашения, чувствуя, как учащается мое сердцебиение. Кажется, что Кристианом пахнет даже по эту сторону двери.

Когда щелкает замок, мне хочется бежать прочь, но ноги приклеиваются к полу. А в следующее мгновенье дверь распахивается, и на пороге вырастает мокрый с головы до ног Кристиан. Его бедра наспех обернуты полотенцем, по загорелому торсу текут дорожки воды, с волос капает, и мне кажется, я даже слышу звон падающих на пол капель.

Сглотнув, я поднимаю лицо и охрипшим голосом лепечу:

— Привет… Я могу тебе помочь?

Темноту его проникновенных глаз прорезает молния. Уголок губ отъезжает к уху, и в этот момент он поднимает руку, как бы невзначай задев полотенце. Узел ослабляется, и полотенце падает к его ногам. Я бессильно опускаю взгляд ниже его пояса и…

— Да-а, ты можешь мне помочь, нимфа…

Прохладный ветер из подъезда нихрена не может остудить меня с той секунды, когда я увидел нимфу на пороге квартиры. Черт, это просто подарок какой-то. Серьезно, конфетка, ты тут? Одна?

Она смотрит шокировано вниз, и у меня складывается впечатление, что она впервые увидела… член. Окей, нимфа, у меня эрекция. Что тебя так поразило, интересно?

— П…п…

— Пиздец? — подсказываю ей я, и она, наконец, отрывает взгляд огромных глазищ от моего пояса и смотрит на меня.

— Простите… — выдавливает она.

— Так и будешь стоять, конфетка? — вкрадчиво интересуюсь я, и вижу, как у нее бегут мурашки по коже. — Иди сюда.

Она делает шаг, словно в трансе. Лицо при этом такое, будто бы я на нее не член наставил, а нож к горлу. Я, кажется, начинаю понимать….

— И дверь закрой, — произношу я тем же тоном. Если она сейчас послушается — блядь, я уверюсь в мысли, что нимфа у нас просто послушная овца. Я больше не буду гадать, какого черта эта молодая девчонка живет с таким чмом.

И она действительно закрывает дверь за своей спиной. Я вижу, как она нервно дышит, и как грудь вздымается под тканью футболки.

Я делаю шаг ей навстречу и тянусь рукой мимо нее к дверному замку. Поворачиваю его, и она вздрагивает от громкого щелчка. Волосы нимфы щекочут мне лицо. Сладкий, фруктовый запах, который я вдыхаю, вызывает во мне больное желание.

— Нимфа, дверь надо закрывать на замок, — тихо говорю я ей, чувствуя, как ткань футболки трется об мой торс. Мне кажется, от этого воздух между нами загорается. Я люблю невысоких девушек. Она мне по плечо. Молчит, замерев, как глупая лань перед хищником, и я отпускаю контроль — рука сжимает ее тонкую шею, прибивая нимфу спиной к двери, и вот мы стоим, глядя в глаза друг другу. У нее во взгляде страх.

Блядь, нимфа, ты сама зашла. Я наклоняюсь и произношу ей в губы:

— Тебе понравится, конфетка, не смотри так. Я оближу тебя так, чтобы ты сама скользнула на мой каменный член.