— Я видел это в твоих глазах, когда вернулся из Индонезии. Ты в порядке? Тебе нужно…

— Со мной всё в порядке, пап. Просто Райли спросила, знаю ли я, что с ней случилось. Что, возможно, если бы я знал, то мог бы поставить на этом точку. Суметь закрыть кое-какие старинные двери…

На мгновение он замолкает.

— Я следил за ней какое-то время. Хотел убедиться, что когда она выйдет из тюрьмы, то не вернется, чтобы попытаться отыскать тебя или создать тебе проблемы, когда ты только начал приходить в себя. Я перестал около десяти лет назад, — признается он, — но я позвоню детективу, услугами которого пользовался, он знает о ее повадках лучше, чем кто-либо, и мы посмотрим, что он сможет найти. Если это то, чего ты хочешь…

— Да. Спасибо. Просто я…

— Не нужно объяснять, Колтон. Делай то, что считаешь нужным, чтобы восполнить те фрагменты, которые ты всегда чувствовал, у тебя отсутствовали. Мы с твоей мамой знали, что этот день настанет, и мы хотим, чтобы ты сделала всё, что должен, чтобы обрести покой. Мы не против.

Зажимаю переносицу и закрываю глаза, борясь с обжигающими слезами.

— Спасибо, папа. — Больше я ничего не могу сказать человеку, который дал мне жизнь после восьми лет смерти.

— Конечно, сынок. Я позвоню тебе, когда будут новости. Люблю тебя.

— Спасибо, папа. Я тоже.

Собираюсь повесить трубку, когда он снова говорит.

— Колтон?

— Да?

— Я очень горжусь тобой. — Его голос дрожит от волнения, что в свою очередь заставляет меня проглотить комок в горле.

— Спасибо.

Отключаюсь, кладу телефон на стол и прислоняюсь головой к стене. Шумное дыхание, раздающееся в тишине, никак не облегчает сокрушительные эмоции, проносящиеся через меня. Сижу так некоторое время, зная, что мне нужно извиниться перед Бэккетом и что я нестерпимо хочу Райли. Нуждаясь в чем-то, что прояснит голову.

Мысль поражает меня, как молния, и я менее чем за пять минут встаю, одеваюсь и выбираюсь из трейлера. Вижу парней, работающих в гараже справа от меня, но я не могу сейчас ни с кем разговаривать. Не хочу. Направляюсь к открытому отсеку, где припаркована одна из моих самых любимых малышек — Секс.

Даже не удостаиваю ее взглядом, чтобы оценить ровные линии F12 и безупречный огненный движок красного совершенства, но я чертовски уверен, что примерно через минуту буду наслаждаться ее скоростью. Влезаю за руль, и когда двигатель урчит, чувствую, что часть меня возвращается. Вспыхивает былая искра.

Пролетаю мимо гаража, замечая нежелание Бэккета встретиться со мной взглядом — гребаный упрямый ублюдок — и выезжаю с трека. Увеличиваю громкость, когда из динамиков доносится«The distance». Чертовски отличная песня. Через минуту выезжаю на шоссе № 10 и, видя, что на нем невероятно пусто для этого времени суток, вжимаю педаль в пол и лечу. Лечу быстрее, чем этого требует безопасность, но ощущения — меня обволакивает роскошь, в руках само совершенство, двигатель, разговаривающий со мной — очищают мою голову, и ослабляют внутреннее напряжение, тянущее меня в разные стороны.

Секс никогда не разочаровывает меня, когда я нуждаюсь в ней больше всего.

К тому времени, как я приближаюсь к транспортному потоку, моя голова немного проясняется, и я уже всё решил. Беру телефон и делаю звонок.

Когда я смотрю через кухню на Зандера и репетитора, работающего над его орфографией, слышу, как хлопает входная дверь. Возбужденная болтовня мальчиков заполняет коридор. Они и так обычно оживленные, когда возвращаются домой, но сегодня шум просто зашкаливает. Настолько, что Зандер поднимает глаза от своей работы и поднимает брови.

Зак появляется из-за угла такой взволнованный, что на секунду заикается, как обычно, когда чрезмерно возбужден.

— Рай-Райли и За-Зандер… поторопитесь и захватите свои вещи!

— Не бегай по дому, Зак, — предупреждаю я. — О чем ты вообще говоришь?

Другие мальчики залетают в гостиную, прежде чем он успевает ответить. Оглядываю мальчиков, чтобы отругать их за то, что они бегают по дому, когда замираю на полуслове.

На пороге комнаты стоит Колтон. Дерзкий. Сексуальный. Сногсшибательный. При виде него, эти три слова сразу ударяют меня.

Знаю, это глупо. Прошло всего четыре дня с тех пор, как мы виделись или разговаривали, но теперь, когда он тут, я поражена тем, как сильно по нему скучала. Как сильно хотела его увидеть. Оказаться с ним рядом. Снова услышать его голос. Снова ощутить ту связь. Мне позарез нужно пространство, чтобы проветрить голову.

Глазами веду вверх по его телу. Когда встречаюсь с ним взглядом, медленная, кривая ухмылка приподнимает уголок его губ, образуя ямочку, которую я нахожу неотразимой. Клянусь, от его опаляющего взгляда сердце пропускает удар. Шумно сглатываю, пытаясь обрести опору, которую он только что выбил из-под меня.