– Нам нельзя долго лениться, - приподнявшись на локте, Дар заинтересованно посмотрел на простыню, прикрывавшую моё тело, - гости должны спуститься на завтрак, после чего разъехаться. Нам надлежит присутствовать и пожелать всем доброй дороги.

– Да, конечно, - мурлыкнула я, игриво пробежавшись пальцами по его груди, вниз к напряжённому животу.

Муж ловко перехватил мои пальчики и прижал к своим губам.

– Сама же сказала - нельзя, - хмыкнул он, сверкая ониксом глаз. И, быстро чмокнув меня в кончик носа, встал с кровати.

Солнечные лучи высветили его статную широкоплечую фигуру, узкие бёдра и длинные крепкие ноги, а ямки Венеры на пояснице мужа заставили меня сглотнуть вязкую слюну от накатившего желания.

Ещё ночью, при свете свечей, я рассмотрела супруга, и меня поразили до глубины души разной толщины белые шрамы на спине и боках, и множество колотых некрасиво затянувшихся ран. Как сказал муж, то были отметины от сабель, ножей или плетей. Один раз он был в плену, где его пытали. Но говорить на эту тему дальше он не захотел. А я не стала давить, когда-нибудь он сам мне всё расскажет. Всему своё время...

Дарио хитро оглянулся, демонстрируя великолепное, словно высеченные из гранита, тело и нисколько не стесняясь своей наготы.

– Я пойду ополоснусь, - сказал он и медленно направился в умывальню. Проводив его жадным взором, с тихим стоном откинулась на шуршащие сухой травой подушки и уставилась на тёмные деревянные перекрытия потолка.

– Госпожа?
– в дверь стукнули и тут же в проём проснулась любопытная мордочка Эмилии.
– Дон ещё не ушёл?

– Нет, - качнула головой, - но ты уже можешь сбегать на кухню, распорядиться, чтобы подогрели воду, хочу помыться в лохани.

– Будет сделано. Там ещё лекарь городской приехал. Он пока у синьорины Паолы, потом зайдёт к дону Луиджи, а после его пригласили на завтрак, затем он осмотрит и вас, - быстро-быстро щебетала она, всё ещё находясь в дверях.

– Понятно, - мечтательно вздохнула я, откидываясь на подушки и глядя на розовеющее рассветное небо в распахнутом окне, думала я совсем о другом, заново смакуя невероятную брачную ночь. Помощница тут же заметила перемену в моём настроении и кинула на меня полный любопытства взгляд, на её хорошеньком личике мелькнуло желание завалить меня всякими вопросами, но усилием воли она всё же смогла сдержаться и отправилась выполнять поручение.

Дверца ванной комнаты тихо хлопнула, вырывая меня из мечтательно-созерцательно состояния. Дарио шагал шлёпая босыми ногами по полу, волосы его были влажными, грудь и плечи он вытирал отрезом ткани. А его бёдра прикрывала чистая простынь.

– В умывальне есть вторая дверь для слуг, именно через неё они заходят, чтобы очистить ночную вазу и при необходимости налить в лохань воды, для того, чтобы господа могли помыться полностью. Дверца с первого взгляда неприметная. Предупреждаю, чтобы не пугалась, когда вдруг услышишь с той стороны звуки. Если хочешь, чтобы никто не беспокоил, просто задвигаешь щеколду, - говорил он, а я снова им залюбовалась.
– Что такое?
– замер он, глядя на моё раскрасневшееся лицо.

– Тебе кто-нибудь говорил, какой ты красивый?

– Нет, - по-мальчишески широко улыбнулся он, сверкнув ровными крепкими зубами, - ты первая.

– Ну, так знай, - подмигнув ему, я села и свесила ноги с кровати, сладко потянулась, разминая затёкшие мышцы, - ты очень, просто бессовестно, какой красивый!

– Будешь ревновать?
– ну вот как он быстро так двигается?

Дарио ловко подхватил меня на руки и закружил по комнате, я, хохоча, шутливо отбивалась, и была абсолютно, совершенно счастлива!

– Господин?
– в дверь стукнули, и Дар быстро опустил меня вниз. Я шмыгнула к кровати, подняла свою сорочку и споро её натянула. Дверь отворилась и внутрь вошла Эми, неся в руках большой и явно тяжёлый поднос. Супруг подошёл к ней и, ловко забрав увесистую поклажу, со словами:

– Эмилия, подготовь лохань для госпожи, - сам отнёс к столу перекус.

– Уже почти всё готово, дон Росселлини, - кротко присела в книксене девушка, её щёки и шею залил красный румянец, она старалась не смотреть на Дарио, и буквально прикипела взором к циновке на полу.

– Ты пока поешь, - погладила я мужа по спине, не сдержалась и прижалась щекой к его упругой загорелой коже.
– Я быстро приведу себя в порядок.

– Хорошо, - он резко обернулся и прижал меня к себе, Эми тем временем уже скрылась в умывальне и чем-то там забренчала.

С трудом оторвавшись от Дара, подошла к комоду, на крышке которого разложенным с вечера лежало платье для сегодняшнего праздничного завтрака. Бледно-бледно зеленоватое, привычно с завышенной талией, высоким воротником и нижней лёгкой сорочкой. Чулки тут не носили, только страшные панталоны из серой плотной ткани на завязочках. Пора, Роза, пора взяться за устройство комфорта для себя любимой. Глаза боятся, как говорится, а руки делают.