– Хорошую краску для тканей делают почётные семьи Эссоннии, это королевство достаточно далеко от Витэлии и до нас их яркие ткани доходят в небольшом количестве и стоят баснословных денег. И секреты каждая семья хранит пуще любого золота. Если тебе удастся создать что-то хотя бы немного схожее, то мы можем решить множество проблем.

– Как вариант продать рецепт купцам, которым задолжали, - предложила я.

– Тут всё не так просто, - вздохнул супруг, - хотя, тоже подойдёт, как запасной вариант. Только необходимо показать, что ты действительно обладаешь необходимым рецептом.

– Нужно купить некоторые ингредиенты, и я тут же приступлю к работе, - азартно потерев ладони, воскликнула я.
– А ещё у меня есть фамильные драгоценности, доставшиеся мне от матери и бабушек. Их тоже можно отдать в счёт долгов.

– Нет, - твёрдо глядя на меня, отказался муж.
– Это наследие наших дочерей, оно неприкосновенно!
– мне оставалось лишь согласно кивнуть, поскольку таким непробиваемо упрямым я его видела впервые, - пойми, эдакие вещицы потом ни за какие деньги не выкупить, да и не сыщем.

– Наверное. Как по мне, это просто побрякушки, без которых я вполне могу обойтись.

– Вот поэтому я в тебя и влюбился, - прошептал Дарио и мягко улыбнулся.
– Ничего на завтра не планируй, отправимся в город, посетим рынок, надеюсь, найдётся всё необходимое.

– Я пойду, составлю список, - нехотя встав с его колен, быстро направилась к двери.

– Ты ничего не забыла?
– шутливо нахмурился супруг. Весело рассмеявшись, вернулась и быстро поцеловала его в тёплые мужественные губы.

– Простите, господин, забылась, - промурлыкала я.

– Это разве поцелуй! Учись, - и Дарио, не давая мне времени опомниться, быстро сграбастал меня в свои медвежьи объятия и поцеловал со всей своей нешуточной страстью, сминая мои губы, прижимая меня к себе всё сильнее.

Ошалевшая и растрёпанная, но совершенно счастливая, я вышла из кабинета и медленно побрела по коридору, ведущему в главный холл. Выйдя из арки, заметила спускавшегося по лестнице дона Луиджи.

– Папа!
– воскликнула я, обрадованная, что он нашёл в себе силы подняться с постели.
– Как замечательно, что вы снова на ногах! Я вот сегодня собираюсь приготовить для вас с Дарио ужин.

– Своими руками?
– улыбка появилась на его измождённом, сером лице.

– Конечно, - я подошла к нему и помогала мужчине преодолеть последние пару ступенек.
– Обещаю, пальчики оближете. Блинчиков напеку, ммм, это очень вкусно! Мясной пирог сделаю на песочном тесте, - щебетала я, расхваливая блюда, которые в этом мире пока были неизвестны.

– Звучит странно, но очень аппетитно, - благодарно похлопав меня по ладони, заметил мужчина.

– Замечательно, что вы решили прогуляться, - ободряюще сжала его морщинистые руки в ответ.
– Погода сегодня великолепная и не так душно, как вчера, сад благоухает, а возле пруда установили скамью, теперь можно посидеть в тени раскидистого дерева и насладиться красотами.

Мы только вышли через парадную дверь, как вдали я заметила мчащегося к дому всадника. Приставив ладонь козырьком к глазам, наплевав на этикет, дамы тут так не делали, пригляделась.

– Кого это в такое время к нам принесло?
– негромко пробормотал старый дон. Действительно, в послеполуденные часы, мало кто решался заниматься какими бы то ни было делами.

– Похож на гонца, - разглядев седельные сумки и пропыленную одежду, сказала я. Долго ждать не пришлось. Гость, резко натянув поводья, остановился аккурат перед парадной лестницей.

– Поместье Росселлини?
– громко спросил он, сверля нас усталыми тёмными глазами.

– Да. Я дон Росселлини, - свёкор шагнул вперёд, а моё сердце забилось в тревоге, как пойманная птица в сетях.

– Вам срочное послание!
– мужчина, ловко соскочив со взмыленной лошади, быстро, перепрыгивая через ступеньку, приблизился к нам и протянул небольшой тугой свиток, перевитый бечёвкой.

– Пройдите на задний двор, там есть конюшня, и вход на кухню, перекусите с дороги, - предложила я гонцу, на что тот не стал отказываться и, благодарно поклонившись, спустился, взял коня под уздцы и отправился в указанную сторону. Тем временем дон Луиджи уже вошёл в дом, на ходу развязывая верёвку и раскрывая свиток. Я поспешила следом, дрожа от плохого предчувствия.

– Папа, давайте я, - протянула руку, чтобы самой прочитать послание, но не успела. Свёкор уже вчитался в неровные строчки с кляксами, дёрнулся, как от удара, захрипел, словно ему резко стало трудно дышать, затем его сильно пошатнуло, пергамент упал на пол, и туда же устремился дон, но я успела его подхватить и, хекнув от натуги, не дала мужчине грохнуться о каменные плиты.

– Дарио!
– закричала я.
– Быстро зови хозяина!
– рыкнула на замершую в стороне служанку, та опрометью бросилась прочь.