Оказавшись у себя, быстро переоделась в ночное платье, заплела волосы в тугую косу и забралась на кровать, окно было распахнуто и в комнату влетали звуки опускающейся на мир тёплой ночи, пение цикад, шум ласковых волн, запахи моря и цветущего сада. Я уже вросла в этот мир и любила его всей душой. Даже думала на местном языке. Но такова моя новая реальность. Главное, что при всех внешних и даже внутренних переменах, я остаюсь человеком, надеюсь, что хорошим.

Когда я отвлеклась от созерцательного настроения, Викинг уже дремал у меня на коленях, переложив щенка под бок, легла и прикрыла веки. Сон не шёл, слова гада Валенти впились в сознание пираньями и не отпускали. В итоге лишь ближе к трём часам ночи забылась тревожным, неглубоким сном.

– Р-р-р!
– тихо и утробно прорычал кто-то и прыгнул на мой живот.

Я тут же проснулась и резко села.

Сердце от страха колотилось, как сумасшедшее.

– Викинг, - прижав к груди щенка, почувствовала насколько мелкий напряжён.

– Р-р-р!
– повторил он, не сводя глаз с двери.

– Тшш, - попросила я щенка и прислушалась к тишине, властвовавшей в доме. И когда было решила, что малышу просто показалось, услышала... Скрип половицы.

– Молчи, Викинг, - попросила я его, - не то нас зашибут, а подмога не успеет добежать. Ты сиди тут и не шуми, - тихо быстро бормотала я, опуская щенка на пол и подталкивая толстую попу Викинга под кровать. Мелкий сопротивлялся недолго - он всё же был ещё слишком мал и боялся больше меня, чтобы реально помочь мне с тем, кто забрался в дом, нужен был кто-то побольше и позубастее.

Шаги приближались, кто-то двигался целенаправленно - точно в сторону моей комнаты. Подтолкнув подушки так, чтобы получился силуэт лежащего человека, накрыла полученную композицию пледом, а сама, схватив сковороду, спряталась за дверью. Мне казалось, что моё шумное дыхание разносится далеко окрест, а сердцебиение слышит каждый житель Специи. До того кровь стучала в ушах, что я боялась, как бы злоумышленник не обнаружил меня раньше времени.

– Викинг, только молчи, - прошептала я одними губами, высунувшему чёрный нос щенку, умное животное, сверкнув тёмным взглядом, шмыгнул поглубже в кровать и затих.

Скрип двух ступенек на лестнице, отсчитывал секунды. Близкие не стали бы так красться в ночи. Этот некто пришёл в мой дом с определёнными намерениями. Я уверена не самыми добрыми.

Вот дверь в мою комнату скрипнула, и створка приоткрылась. Злоумышленник замер, ожидая чего-то, видать, рассматривал обстановку внутри, а убедившись, что хозяйка спит, уверенно распахнул дверь и широким шагом вошёл внутрь.

Замахнувшись как следует, я с тихим выдохом, стараясь заткнуть все сомнения и жалость поглубже, каа-аак треснула мужика по плешивому затылку, и тут же отскочила назад, боясь получить в ответ.

Вопреки всем своим ожиданиям - я всё же думала, что не сильно ударила, незнакомец негромко хрюкнул и кулем свалился на пол...

– Викинг, - прошептала я, обращаясь к щенку, - В доме есть ещё кто чужой?
– сама же немигающим взором уставилась на распростёртое на полу тело.

Тем временем мелкий высунул любопытную мордочку из-под кровати и забавно подвигал носом. Потом вылетел наружу и побежал к двери. Я не стала его останавливать: прежде всего Викинг - сторожевой пёс, у которого генами предопределено защищать хозяев.

Сама же, стараясь не шуметь, вынула из комода крепкие атласные ленты и подступилась к, казалось бы, бездыханному телу незнакомца. Он пах, нет, не так! От него воняло застарелым потом и какой-то сивухой. Поморщившись от неприятных запахов, завернула его руки за спину и принялась туго стягивать импровизированными верёвками.

– Хр-хр!
– вдруг издал он резкий звук и даже чуть приподнялся, но верная сковородка лежала рядом со мной, я сама не поняла, как она опять оказалась у меня в руках и через мгновение железо вновь тюкнулось в многострадальный затылок злоумышленника.

Тело мужика снова обмякло, а я, нервничая и дыша через раз быстро намотала узлы и скрепила кисти страдальца двойным узлом. Тем временем прибежал Викинг, радостно тявкая и виляя хвостом. Получается, ночной "гость" был один. Но это вовсе не значит, что где-то поблизости нет его подельников.

– Тише, дружок, - остановила я разошедшегося щенка, - дело ещё не сделано. Мне всё ещё тревожно.

Подойдя к столу, быстро запалила лучину и поставила её так, чтобы свет лампадки освещал лежащего человека. И только затем второй лентой связала ступни, а потом третьей соединила ноги и руки. От такого издевательства позвонки плешивого хрустнули и он взвыл от боли и очухался. Надо было брать сковородку побольше. И да, гимнаст из него никакой.

– Ааа!
– просипел он, - больнаа! Памагити!

– Ну, милок, тебе сейчас никто не сможет помочь, кроме меня, - фыркнула я, чувствуя, как немного отпускают стальные тиски страха, сковавшие сердце. Присев на край кровати, попыталась заглянуть в его лицо. Не вышло: он уткнулся лбом в пол, и всё время дёргал всем телом, пытаясь освободиться или же ослабить натяжение.

– Знаете, вы сейчас похожи на охотничий лук, правда, весьма потрёпанный, знавший лучшие времена, только тетива из атласных лент вас и украшает, - из меня так и лилось ехидство вперемешку со злорадством.
– Давайте поговорим, вы же не против?