В ожидание супруга я вся извелась и, чтобы отвлечься, засела за новый каталог на осень-зиму в Специи. Рисовать всегда любила, с воображением у меня, слава Единому, проблем не было, да и знания из той жизни остались со мной. Зима тут была без снега, с порывистым холодным ветром, дувшим с моря, поэтому пальто и тренчкоты (дождевой плащ), а также сапоги с высоким голенищем, на аккуратном каблучке, точно придутся по душе. А поскольку торговая лавка Валенти тоже перешла в нашу собственность, именно там будет представлена новая коллекция тёплой одежды и обуви. А платья, и иные наряды так и останутся в ведении семьи Жентили.

Поздним вечером, сидя в гостиной, с горящим аккуратным камином, пила горячий взвар и задумчиво глядела в пляшущие язычки оранжевого пламени. За стенами дома бушевал ветер и накрапывал холодный, противный дождь. Как там мой муж? Сыт ли, не мёрзнет ли? Викинг лежал на коврике рядом и сладко дремал. Как вдруг повёл ушками и вскочил на все четыре лапы. Втянул носом воздух, словно что-то почуял, а потом, с громким, даже весёлым лаем, бросился к входной двери. Тут уж и я услышала ржание многочисленных коней, даже смогла различить мужские голоса.

Хотела было накинуть платок, как входная дверь широко распахнулась, впуская внутрь холод и высокого, широкоплечего мужчину.

Дарио.

Обросший, но всё равно дико прекрасный!

– Заждалась, любимая?
– широко белозубо улыбнулся он, а я, взвизгнув от счастья, кинулась ему на грудь. Муж подхватил меня на руки, словно пушинку и аккуратно прижал к себе, стараясь не давить на животик.

– Ещё как, - прошептала ему в губы, - соскучилась!

Золото они нашли. С этой информацией я не ведала, как быть, зато знали Дар и Густав. Они вдвоём давно всё продумали, кто и за что будет отвечать, а также где и кого наймут для помощи на прииске.

Долг королю, который он своей щедрой рукой списал, решено было отправить вместе с моим отцом в столицу, чтобы перед Его Величеством все вопросы точно были закрыты и не осталось недопониманий.

Густав женился. Практически сразу же после возвращения с гор, он отправился к родителям той самой девушки, о которой мечтал. Приняли его с распростёртыми объятиями: слухи в маленьком городке - вещь обыденная, и к тому же распространяется со скоростью света.

Отец приехал, как и обещал, ровно в срок: в первую неделю зимы. До того момента жители Специи трижды пережили мощные ураганы, ливни, порой длившиеся от нескольких суток до месяца. Город выглядел потрёпанным, но не сломленным. По всей видимости, народ привык к эдакой переменчивой погоде и продолжать жить в привычном ему ритме. Для меня же такие резкие перепады в настроении природы были настоящим шоком, иной раз я боялась, что нашу крышу просто унесёт порывистым, жуткой силы ветром.

Жакоб забрал всё, что у нас накопилось, и отбыл в столицу. Оттуда через месяц пришло письмо, где папа в красках расписал, как его лавку на центральном рынке, чуть не разорвали на части, стремясь утащить необыкновенной красоты ткани. Но прибыли королевские гвардейцы с каким-то советником Его Величества и тот скупил всё, ничего не оставив покупателям. Этот факт позабавил нас с Дарио, и мы были настроены на приличные доходы от продажи окрашенной ткани, шерсти и, возможно, даже домов. Я планировала "придумать" обои, или декоративную штукатурку самых невероятных цветовых сочетаний. Но пока меня волновала только моя беременность и уют в доме.

Дарио был со мной, он поддерживал меня, помогая пережить гормональные скачки и стараясь обеспечить всем, что только взбредёт в голову его беременной жене.

К концу беременности живот у меня был очень большим. Просто огромным! И малыш колошматил мои внутренние органы одновременно в разные стороны. Это меня пугало, а на мои вопросы, полные тревожных ноток, доктор Бьянчи лишь многозначительно улыбался, отвечая:

– Всему своё время, беременность протекает хорошо, вам не о чем переживать!

***

– Ты меня поражаешь, Дарио, - воскликнул синьор Жакоб.
– Бьянчи - отличный доктор! С Паолой он просидел около двенадцати часов.

– Правда?
– мрачно переспросил Дар, замирая на мгновение: до этого будущий папа мерил комнату широкими нервными шагами.
– И ты, естественно, благодарил лекаря за то, что он не смог ускорить процесс родов? Что заставил тебя маяться внизу, дёргаться и молиться в надежде, что Единый смилостивится, оставит в живых твою жену?

– Да, я, кажется, говорил ему нечто похожее, - ответил тесть, внимательно разглядывая свою кружку, чтобы скрыть лёгкую улыбку.

– А я подтверждаю, синьор Жакоб даже грозился выбросить меня в окно. Со второго этажа, прошу заметить, а это привело бы к многочисленным переломам в моём бренном теле, - вдруг раздался голос целителя Бьянчи, который спокойно спускался по лестнице, застав врасплох собравшийся народ. Эугенио улыбался и вытирал руки полотенцем. – Донна Роза славно потрудилась и страшно устала, но тем не менее очень хотела бы вас видеть, дон Дарио.

Новоиспечённый отец, не говоря более ни слова, размашистым шагом пересёк залу и бросился вверх по лестнице, после чего Евгений повернулся к новоиспечённому дедушке: