По закону Витэльи всё имущество Валенти и Болонсе перешло нам. А это были очень крупные "подарки". Два приличных особняка в черте Специи, и одно большое поместье за городом, где жила семья поверенного, земля там оказалась плодородной, но никак не используемой, мужчина был занят махинациями в Специи.

– Как поступим с новым имуществом?
– спросил Дарио, после того как градоправитель лично привёз нам свой указ. Мужчина сердечно нас благодарил и пригласил на праздничный ужин в нашу честь.

– Мне жаль семью Болонсе, там есть несовершеннолетние дети, оставлять их без крова последнее дело, - сказала я то, что думала.

– Согласен, но содержать такое большое поместье его супруга просто не сможет. Она одна, поддержки извне нет, да и горожане ещё недолго забудут деяния её мужа.

– Думаешь, станут травить?

– Вполне возможно, люди иной раз бывают очень злыми и несдержанными.

– Есть идеи?
– вздохнула я, подходя к столу и разливая ягодный взвар по кружкам. Жара чуть спала, но пить всё равно хотелось много и часто.

– Нужно дать им денег и посоветовать уехать из Специи в другую провинцию.

– Сумма должна быть достаточной, чтобы они смогли купить себе дом и некоторое время жить ни в чём не нуждаясь.

– Да, мне кажется, это будет самый лучший вариант. И ещё насчёт Густава, - продолжил Дарио, благодарно принимая из моих рук напиток, - он рвётся в горы, искать золото. Думаю, пока это лишено смысла, посему предлагаю подарить ему дом. Любой из доставшихся нам.

– Согласна, - ни на секунду не задумываясь, выпалила я, - он спас тебе жизнь, да и вообще оказался человеком чести. Не подвёл, не обманул, хотя у него были все возможности сделать это, - Дар кивал в такт моим словам.

Под предлогом того, что Дар не может осмотреть имущество воров и убийц, я вместе с Густавом отправилась на их осмотр.

Вернувшись к себе, спросила у мужчины:

– Какой дом тебе понравился больше всего?

– У Валенси прекрасный особняк с цветущим фруктовым садом, даже прудик есть, думаю, такой купят за приличную цену и очень быстро, - ответил мужчина, садясь напротив меня в гостиной.

Ни для кого не было секретом, что мы хотим выставить все дома, неожиданно нам доставшиеся, на продажу.

Пока Густав говорил, я придвинула к себе пергамент, вписала адрес дома и молча протянула его собеседнику.

– Что это?
– удивился он, беря документ в руки. Бывший подчинённый моего мужа, читал медленно, но, всё же, умел это делать. И с каждой прочитанной строчкой его брови поднимались всё выше и выше, - но я не могу...

– Всё ты можешь, - улыбнулась я, мягко перебивая Густава, - в благодарность за спасение Дарио, знаю, ты и без того бы помог, но, тем не менее, мы с мужем уже всё решили. Особняк твой.

Растерянность, написанная на лице Густава, сменилась благодарностью.

Но на этом приятные сюрпризы не закончились: во дворе послышался лай Викинга и голос Николы. Затем скрип ворот и через некоторое время в гостиную, следуя за Элен, шагнул мужчина.

– Папа!
– воскликнула я, подскакивая и замирая на месте от радости.

– Доченька! Как же я рад тебя видеть в добром здравии!
– на мрачном лице Жакоба проступило вселенское облегчение, он шагнул ко мне, распахивая руки, и я буквально полетела в его объятия.

Приезд отца стал приятным сюрпризом для нас всех.

Мы разговаривали очень долго, обмениваясь новостями.

И вишенкой на торте для меня и Дарио стало известие о возвращение нам всех прав на родовое поместье Росселлини. Лицо мужа даже немного вытянулось от искреннего изумления. Папа вручил ему свёрнутый в тугой рулон королевский указ и сказал:

– Вот здесь всё написано, как заверили меня поверенные.

Дар благодарно кивнул и, взломав сургучную печать, принялся читать. Мы молчали, медленно потягивая прохладный ягодный взвар и глядя в окно на заходящее солнце.

– Интересно-о, - отложив документ на кровать, задумчиво протянул супруг.
– Нам не только вернули земли, но и долг списали, никаких доводов, кроме, "за заслуги перед королевством во время войны". Но даже не это самое забавное, - криво усмехнулся Дар, - северные виноградники, раньше принадлежавшие короне, где трудились и продолжают работать королевские крестьяне, теперь тоже наши... Вместе с деревеньками и людьми там проживающими.

Новость меня ошеломила, Дарио пододвинул пергамент ко мне, молча предлагая ознакомиться с содержанием, и я не стала отказываться. Прочитав написанное, задумчиво прикусила губу.