— Ого! — теперь Берд не на шутку удивился. Мне показалось, что даже волк зашевелился. — Это… необычно. Но все я же хочу повторить свой вопрос: объяснись. Пожалуйста

— До сегодня, а еще не совсем вечер, как я могу заметить, — начал я, — мне и в голову не приходило, что вся та бурда, которая встречается в народных сказках, существует на самом деле. После смерти появилась Корпорация и суккубы. И долгое время я не думал о том, что есть что-то еще. Потом появились пораженные Силой. Потом — богатыри под крышей Тамары, которая похожа на Бабу-Ягу. И теперь — некий Берд. Человек, которого нам представили, как пораженного Силой. Монстра. А на самом деле — лесовик. Если, конечно же, сам по себе лесовик, вооруженный ручным волком, не врет нам сам?

Повисла тишина. Я посмотрел в это время по стенам, удивляясь тому, как способности хозяина могут успешно менять реальность. Все-таки, пространство легко сжимается и расширяется, как оказалось. Либо же все вокруг — иллюзия.

Пока я размышлял, Берд нашелся с ответом:

— Хорошая речь. Пожалуй, я понял твой посыл, удивительно молодой суккуб, — заговорил он. — Намеки я понял с самого начала, поэтому я хочу повторить и второй вопрос: неужели Корпорацию решили подсидеть?

Мы вчетвером переглянулись. На волка никто не посмотрел. Суть была не в том, что мы боялись соврать. Опасения возникали в дезинформации Берда. Мы и сами не понимали, боремся мы пока что только с Викой, хитрой и коварной блондинкой-единоличницей, или речь все же идет о Корпорации в целом.

Время играло против нас по всем фронтам. Успеть перехватить Вику, успеть задержать водителя, успеть получить Силу и выдержать ее.

Я уже не знал, что напрягало меня больше, но, уйдя в мыслях в сторону от основной темы, я представил, что навалилось на нас совсем немало.

— Нет, на Корпорацию пока никто не собирается давить, — проговорил Лазарь. — У нас не так много сил для того, чтобы с ней тягаться. И никакого передела нет.

— Жаль, — поморщился Берд. — А то до нас доходят слухи, что скоро и нам места не останется. И вот приходите вы, да еще для того, чтобы забрать мою же душу.

— Так если ты лесовик, а не пораженный, то твоя душа нам в принципе ни к чему, — ответил я. — Мы охотимся лишь за душами монстров, не более.

— Понимаю, — хозяин лесной фермы покачал головой. — Понимаю, но только стариковскую мечту бы кто исполнил… тому и душу отдать не жалко.

— Лазарь, а ты проверял?

— Не получилось, — пожал плечами он. — По той же причине, по которой мы не могли с тобой связаться. А ты с нами, похоже.

— Проверяли что? — заинтересовался темой сам Берд.

— Ценность твоей души.

— О-о! — протянул лесовик. — Интересно. А чем измеряете?

— Стандартными человеческими душами, — ответил я.

— Еще интереснее.

— Но твоя душа нам не нужна. Ты не монстр.

— Что же вы, и любопытство старика не можете удовлетворить? — жалобно проговорил Берд.

— Лазарь? — обратился я к суккубу.

— Не получается. Не получится и у Тамары так проверить душу. У всех существ такого типа очень сложно проводить замеры. У некоторых аура, у некоторых собственная и довольно неплохая защита. А еще есть те существа, у которых в принципе душа отсутствует. Как у монстров.

— Может, именно поэтому братья включили его в свои списки? — уточнил я.

— Нет-нет, — запротестовал Берд. — Я знал еще их дедов и прадедов. Знаю Тамару. И едва ли это случайность.

— И не ошибка?

— Нет.

— Может, здесь есть еще кто-нибудь? — спросил я, надеясь на «лучшее», что в нашем случае могло означать лишь еще больше проблем.

— Ох, — вздохнул Берд. — Видишь ли, очень сложно без конфликтов прожить рука об руку с кем-то еще. Даже с монстром. Постоянно будут какие-нибудь проблемы. Без них наша жизнь просто невозможна.

— Всех стариков несет на философию, — проворчал Тони.

— Дело не в философии. Я пытаюсь сложить дважды два и прихожу к очень неприятным для себя выводам. Или для вас, — отметил Берд. — Тянуть не буду — кого-то из нас попытались устранить.

— Ну, нас устранять невыгодно, — улыбнулся я. — Мы такие должники, что убивать нас в принципе не имеет смысла.

— Всегда есть кто-то крупнее, — Берд внимательно посмотрел на меня. — Если ты должен тысячу, то, чтобы кто-то другой вернул сто тысяч, твоя рука автоматически теряет в цене. Удивительно, как легко можно пересмотреть стоимость жизни и здоровья. Вы же понимаете, о чем я говорю?

— Так, А… — начал я, но Тони меня перебил.

— Давай не будем лезть в дебри, Рома, — а потом обратился к Берду: — Я не думаю, что все настолько плохо. Да, в технические ошибки я тоже не верю, но и в то, что нас столкнули только для того, чтобы устранит — едва ли.

— Да и смотреть надо в корень. Как лесовик, я знаю, о чем говорю, — подмигнул бородач. — Но мы отклонились от главной нашей темы. Вы пришли сюда, ко мне, с не самыми лучшими намерениями. Удивительно, но вы вчетвером остались живы лишь по счастливой случайности. Разве что Роман проявил честность и потому его шансы изначально были куда выше, чем у вас остальных. Но, если позволите, я и сам проявлю эту самую честность и скажу, что от вас я не видел никакой угрозы с того момента, как вы пересекли границу моих земель. Ни вы, ни братья-богатыри — никто из вас не сможет уничтожить меня, пока меня оберегает сама земля.