Шрифт:
– Да ты только рад будешь! И следующего раза не будет! Отцу звони, все равно сам ничего решить не можешь.
Он сжимает челюсти, собирает пальцы в кулак, даже чуть приподнимая. Но он не ударит. И я хмыкаю, подбородок задираю. Вижу кафе и иду туда кофе пить.
– Куда собралась?
– Попить кофе, или предлагаешь мне послушать, как ты перед отцом унижаешься. Ой, простите, не смог вам дочку привезти, потому что дебил…
– Договоришься, Даниленко.
– Боюсь, боюсь, – поднимаю руки в сдающемся жесте, но тут же, вильнув хвостом, иду пить кофе.
– Далеко не уходи…
– Про багажник уже слышала, – машу рукой, не глядя, и сажусь напротив него, смотря, как он с кем-то разговаривает по телефону. С отцом? Тогда почему улыбается? Черт… Он улыбается. Охренеть. А как же хочется, чтобы мне улыбнулся. Вот так же, непринужденно… По телу жар прокатывается, и я снова вспоминаю, что хочу влюбить его в себя. Но теперь это кажется почти нереальным.
– В гостинице выпьешь кофе, – подходит он раньше официанта.
– В какой?
– В ближайшей. Завтра утром будет военный самолет. Полетим на нем.
Стоп. В гостиницу? С ним? Вместе.
То есть, все же не настолько нереально.
– И что в номере в одном спать будем?
– На разных кроватях, так что не спеши трусы снимать.
Глава 7
Ехать никуда не пришлось. До гостиницы возле аэропорта было десять минут ходьбы. Более того, рядом несколько мест, где мы могли остановиться. Но этот хам выбрал самое дешевое место. Уверена – назло мне. Так сказать, проучить зарвавшуюся золотую девочку.
Само здание трехэтажное, вполне приличное. Очевидно, чтобы привлечь внимание, но вот внутри… Обшарпанное, кое-где покрывшееся желтизной от времени или неаккуратного ухода.
У ресепшена стоит несколько человек на регистрацию. Семейные пары, молодые ребята, которые уже вовсю мне улыбаются. Ничего нового.
Марат посадил меня в одно из задрипанных кресел. Пошел договариваться… На мои вопросы, заданные по дороге сюда – почему нам нужно ночевать в гостинице – он как обычно промолчал.
Ну конечно, мне же не нужно докладывать. Я же не генерал. Всего лишь его дочь.
Пока Марат улыбался какой-то дородной мадам за стойкой, я думала о том, что в таких местах можно вообще не убирать и не делать ремонт. А зачем? Все равно каждый день будут толпы, чтобы оформить номер хотя бы на сутки. Но рано или поздно отзывы дадут о себе знать. Хотя, если эта выжженная блондинка за стойкой будет так же показывать свой большой рот и выкладывать свои сиськи на всеобщее обозрение, то может они еще и продержаться.
Эта тварь буквально вылизывает глазами моего Марата, не удивлюсь, если она уже нацелилась на его ширинку.
Я не могу это оставить просто так.
– Милый! – лечу к нему. – Ты сказал, что нам нужна самая большая кровать?
Я, широко улыбаясь, беру Марата под руку, давая понять крашенной блондинке, что территория занята.
– Это правильно, нам с сестрой нужно спать подальше друг от друга…
Сволочь!
Зато дама эта прям расцвела. Улыбнулась и мимо очереди выдала ключи, не забыв упомянуть, что ее зовут Юля, и обращаться к ней можно по ЛЮБОМУ вопросу.
Марат стряхивает меня как назойливую муху. Разворачивается, идёт в указанном направлении, пока эта идиотка идёт разгребать людские завалы. Она больше не улыбается. А я спешу за Маратом. Он рассматривает стены, поднимается на второй этаж, а я, злая как черт, выжигаю дыру на его широкой спине. Вот почему в нем все идеально. Этот разворот плеч, короткий ёжик на затылке, задница в конце концов. А походка. Жесткая, строевая, словно он ногами сваи вбивает. Но при этом даже не напрягается, абсолютно расслаблен. При этом он знает, что я рядом, что далеко не уйду без телефона в рюкзаке. Даже если я замедляю шаг, просто бросает через плечо, как плевок.
– Давай живее, а то спать будешь в аэропорту.
Злюсь и слюной исхожу… Одновременно. Не понимаю, чем я заслужила такое отношение. Мне восемнадцать, я могу позволить себе не только выпить, но и сексом заняться. Кто он такой, чтобы так со мной обращаться. И спросить ведь не могу. Буду я еще перед ним унижаться и что-то вымаливать. Пошел он!
Пока идём по длинному коридору второго этажа. Прохожу мимо нескольких зеркал. Вижу, как отражение шепчет мне, что даже в таком наряде я точно красивее той крали с ресепшена.