Во время дальних инспекционных походов всем членам укомплектованных одними мужчинами экипажей предлагалось вживить чип подавления полового влечения. Лишь особо упрямые отказавшиеся принимали успокоительные или «спускали пар» в спортивных залах, часто на спаррингах с ядрами и коллегами. Он был как раз из таких.

Чип в его экипаже использовали лишь Игореша и Родик. Молодые еще, не научила их жизнь выбивать из себя эту дурь.

Лучший способ не думать о женщинах — женщин не видеть.

Совсем. Выключить разумом эту опцию. При малейшем поползновении организма напомнить о функции размножения тут же давать ему сверхнагрузку. Раньше всегда ему помогало. Но — не теперь.

— Кэп, до начала стыковки осталось пятнадцать минут. Ваш катер вошел в зону видимости, экипаж сердечно приветствует капитана!

Это подал голос Яхо, талантливый бортинженер, бывший пират и разбойник. Давненько не слышал его капитан…

Двенадцать свободных миров объявило когде-то награду за вихрастую голову этого парня. Но инспектор Аверин успел его завербовать, укрыв на борту. И теперь этот суровый шедарец, взявший себе псевдоним Яхо Йет, служит верой и правдой Империи.

— Активировать тяжелого бортового ядроида для ускорения процесса разгрузки. Все запасы энергии переключить на него. Ключевая задача: прием топлива и последующая заправка реактора. Каюты для пассажиров готовы?

Яхо помялся. Аверин насторожился. Он прекрасно успел изучить своего бортинженера.

— Что там у вас еще снова? Докладывай!

— Ойле потребовал размещения всех вновь прибывших в карантин. — Яхо, казалось, не знал куда себя деть от смущения.

Снова доктор. Он словно специально испытывал их с Маком старую школьную дружбу на прочность. Инспектор опять разозлился. Злость грозила опять взять верх над разумом.

Выдохнуть. Сосредоточиться. Не давать волю эмоциям, он не мальчик и не стажер.

Строго говоря, Ойле прав и согласно всем правилам, на кораблях, не предназначенных для перевозки людей, не прошедшие полное обследование пассажиры должны размещаться в принудительный карантин.

Ничего личного.

Да только достаточно провести пассажиров через блок-капсулу их лазарета. Пятнадцать имперских минут и никаких карантинов. Обычная процедура для тех, кто возвращается на корабль из инспектируемых миров.

— Распоряжение доктора под свою личную ответственность приказываю отменить. Лазарет подготовить для обработки группы людей, прибывших на борт. Нас четверо, двое — женщины.

— Одна, вероятно, — беременна, — тихий женский голос раздался у него за спиной.

Макар с огромным трудом удержался от ответа ей веского, но весьма нецензурного.

— Кайлин? — глупый вопрос, но ошарашенного инспектора можно было понять. — И как давно… погоди, а почему «вероятно?»

Нэрис не могла быть беременной, Аверин знал это точно. И веских причин тому было две, как минимум.

— Любая замужняя женщина может быть вероятно беременной. Если бы не Зеро, вшитый Нэрис, я бы сказала, что женщины две. Хотя понятия не имею, как вы умудрились свой брак консумировать.

Молодая чужая жена и практически уже родственница стояла за спиной капитана. Как давно она здесь? В легкой тунике, выгодно подчеркивающей роскошь зрелого женского тела и не скрывающей красоту босых длинных ног. Блестящие волосы тяжелыми темными струями стекали на плечи и спину.

Может, действительно их запереть в карантине? Не так уж и плох план врача. Пожалуй, Аверин отменит свой поспешный приказ.

— Кроме нас никого это больше уже не касается, — а вот и вторая женщина подтянулась.

Макар вдруг почувствовал себя неуютно. В широкий люк капитанской рубки Нэрис плавно скользнула и встала между своим почти-мужем женой старшего брата.

Прав был Ойле. Всех в карантин. Нет, Нэрис — в отдельный, как и планировалось. С правом входа для доктора и капитана. На месяц, не меньше. Сколько там им лететь до ближайшей сервисной шедарской станции? Только неделя? Как мало…

— Я смотрю, ты вошла в роль жены капитана, — отчего-то молниеносно вдруг разозлившись, прошипела красавица Кайлин. — Смотри, как бы инспектор не передумал.

— Не твое дело, — холодно Нэрис отрезала, разворачиваясь к противнице боком.

— Я вам не мешаю? — Аверин сосредоточенно набирал сообщение для вахтенного бортинженера.

Решено: карантин!

— Разве может мне помешать общество такого мужчины! — промурлыкала темноволосая Кайлин, тем подписывая свой приговор.

А Нэс промолчала.

Макар, взглянув в ее сторону, поразился ее страшной бледности. Снова Зеро? Он так до конца и не понял смысла проделанного ритуала. Монахини что-то странное говорили о прорастании в нервную систему и мозг человека разумного паразитарного семени. О последующем растворении инородной белковой структуры в клетках несчастного организма и прочую серую муть. Некогда было проверить, но времени не было. По прибытию на «Сову» он отдаст ее в лапы биолога Гесса. Доктор тут не поможет, ему забот хватит и так.