— Саша. Мы же договорились на "ты"... Снежан, поговорить надо.

Мужчина сжимает пальцы на моих плечах и отводит меня в сторону от двери.

Да какого чёрта все они о себе возомнили?!

Я не хочу вообще с ним разговаривать! Как и с "Лёшенькой"! Такое чувство, будто и Дорохов, и Борцов считают, что все женщины обязаны по факту гореть желанием с ними общаться!

— У меня нет времени, Александр, — цежу сквозь зубы, делая акцент на полном имени мужчины. — И я в принципе больше не собираюсь вести с вами беседы после того, что вы мне устроили!

Стряхиваю руки Дорохова с себя и снова пытаюсь пройти мимо, но тот опять удерживает, на этот раз схватив меня за талию.

— Что ВЫ себе позволяете?!

— Снежан, постой. Я извиниться хотел.

— Извиниться?! К чёрту ваши извинения! Вы знали с самого начала, из какой я фирмы, и не удосужились рассказать, что сами являетесь нашим прямым конкурентом. Вы хоть понимаете, как это представило меня в глазах начальства сегодня?! Особенно после того скандала, что у вас был с дизайнером до моего появления в компании! Вот уж совпадение! Новый дизайнер общается с владельцем конкурирующей фирмы, куда до этого свалил прежний дизайнер! Так мне сразу и поверили, что я понятия не имела, кто вы такой!

— Снежан...

— А теперь отойдите и дайте пройти! У меня дочка заболела и её надо срочно забрать из сада! Нет ни времени, ни желания вести с вами беседы!

Из ушей практически пар идёт — настолько я злюсь.

Борцов достал. Этот ещё лезет и проблемы создаёт. Да не пойти бы им обоим?!

— Давай я тебя подвезу, — предлагает Дорохов, по-прежнему не позволяя пройти.

— Вы издеваетесь?!

— Нет. Я серьёзно, Снежан. На машине будет быстрее. И по пути я всё объясню. Просто дай мне шанс.

Я тяжело вздыхаю, глядя на мужчину снизу-вверх. Если бы не Ася, послала бы его на три буквы. Но моя кроха заболела и нужно действительно поскорее добраться до сада. Представляю, сколько уйдёт времени, если я под ливнем побегу к метро, потом от метро до сада и так далее.

— Хорошо. Едем. Только не думайте, что это хоть что-то значит!

В ответ Дорохов широко улыбается, чем невероятно бесит.

Уже в машине он снова начинает виновато оправдываться относительно нашего знакомства.

— Снежан, честно, ты мне на самом деле понравилась. Я не сказал про свою фирму не для того, чтобы тебя подставить, просто понимал — стоит признаться, и ты вообще не станешь со мной общаться.

Я утвердительно киваю.

— Именно так и есть. Я не буду с вами общаться. Это создаст слишком много проблем.

— Почему? Какое дело Борцову до твоей личной жизни?

Отличный вопрос! Неплохо бы и мне получить на него ответ!

— Здесь дело не в личном, Александр, не притворяйтесь, что не понимаете. Просто сам факт того, КТО вы, меня дискредитирует, если я буду с вами общаться дальше.

— Это же необязательно демонстрировать. Следить-то Борцов за тобой не будет. Или он звонки уже начал прослушивать и твои перемещения по городу отслеживать?

Не удивлюсь, если так...

— Мне просто не нужны проблемы, — устало вздыхаю, откинув голову на спинку сидения. — И знаете, после столь громкого скандала, когда вы переманили чужого дизайнера к себе, почему я вообще должна вам доверять? Очевидно, вы предпочитаете вести нечестную игру!

— Ты не обязана мне доверять. Во всяком случае, не сразу. Да, был кое-какой инцидент между нашими компаниями, но всё не то, чем кажется. Что бы там ни говорил обо мне твой начальник, это не так.

Я лишь раздражённо фыркаю в ответ.

— Ну, разумеется. Он врёт. Вы святой. Всё как в сериалах.

— Он не врёт. Просто есть некоторые детали, о которых я не могу сказать, пока точно не буду уверен.

Загадки, тайны, интриги — надоело. Я хочу покоя. Нормально работать и строить для нас с Асей лучшую жизнь. Но как только на горизонте появляется какой-нибудь мужчина, он сразу считает своим долгом всё перевернуть вверх дном.

Теперь таких мужчин целых два одновременно. Вот уж повезло!

Снежана

Откидываю голову на спинку сидения и поворачиваюсь к окну. Выспрашивать у Александра, что там за секретные детали, о которых он пока не может рассказать я не буду. И, честно говоря, мне это не интересно.

Единственное, что меня волнует в данную секунду — это Асёнок. Я всё время представляю, как она сидит грустная и ждёт меня. Думаю о том, как моей малышке сейчас плохо...

От этих мыслей у меня сердце сжимается, и я готова уже сама разреветься. По коже микротоками бьёт нервозность от того, что я до сих пор не рядом с ней...