Арнольд. Ну почему я сразу не ушел, почему? Зачем я вообще сюда пришел?..

Зина. Ты пришел, потому что сегодня вечером у нас репетиция!.. Садись-ка рядом со мной, пока я с тобой — ничего не бойся, я никому тебя в обиду не дам!..

Арнольд. Ба, ба, ба, ба, ба!.. Ты что, думаешь, я за себя боюсь, а? Я дрожу за вас с Мириам… за свою витрину, я недавно ее обновил, и подумать только, что они могут с ней сделать…

Попробуйте только тронуть мою лавку, только попробуйте, дерьмо собачье, я вам всем глотку перегрызу!

Слышите?

Морис. Что?

Арнольд. Ты ничего не слышишь?

Морис. Слышу, люди поют…

Арнольд. «Люди»?.. И тебе это не кажется странным?..

Морис. Нет, они имеют право петь…

Арнольд. А почему они пришли петь именно сюда?

Морис. А почему бы и нет? Улица — общая, она принадлежит всем, не так ли?

Арнольд. Я разве хожу читать кадиш в праздник Йом Кипур в их квартал, под их окна?

Морис. А что, можно было бы и пойти, культурный обмен поможет нам лучше понять друг друга…

Арнольд. «Культурный обмен»!.. Мне с ними нечем обмениваться… Я хочу только, чтобы меня оставили в покое в моем углу, и все, и пусть они поют у себя во дворе… И хватит уже, я хочу репетировать, почему все время репетируют все, кроме меня?

3ина. Ты же всю неделю репетировал свое «Я обвиняю»… А только что ты сказал, что не намерен репетировать сегодня вечером…

Арнольд. Я это сказал?

Мириам. Папа, ты же видишь, что у Мишеля проблемы с его персонажем…

Арнольд. Значит, чем ты хуже, тем больше ты репетируешь, очень мило… это что, справедливо?

Морис. Ну что, можно продолжать? Ты успокоился?

Арнольд (садится и пытается рассмеяться). Успокоился? Я и не думал волноваться… Репетируйте, репетируйте, дети мои, я весь внимание.

Мотл (кланяясь). Благодарю, маэстро…

Морис. Те, те!.. Мотл, когда ты читаешь обвинительный акт, не забывай о том, что это начало пьесы и, следовательно, первая встреча с ее героем — Дрейфусом… Не читай механически, оставь этот скучный и официальный тон, наоборот, постарайся наглядно представить факты…

Арнольд (одним прыжком поднимается с места и шепчет). Тихо, замолкните… замолкните…

Морис. Но почему? Это наше помещение!

Голос. Есть тут кто-нибудь?

Арнольд (шепотом). Не откликайтесь!

Голос. Ну, вы, пархатые, будем отвечать?

Морис (сухо). Залман, откройте им!

Арнольд (шепотом). Не надо!

Мотл (шепотом). Морис, я должен тебе сказать, что Арнольд… прав!..

Другой голос. Пусти, рахит, я вышибу дверь!

Первый голос. Эй, вы, евреи, если не откроете, мой приятель высадит дверь, а потом высадит вам мозги!

Залман. Спрячьтесь за печку и в гримуборную, я им открою и скажу, что я один… Они уйдут…

Морис (шепотом). Но, послушай, это же смешно, почему мы должны прятаться? Это такие же люди, мы могли бы поговорить с ними, объясниться…

Арнольд. Тихо, тихо, тихо! Главное, не поддаваться на провокации!