— Она к пруду ходила? — продолжая стоять на пороге, с любопытством спросила я.

— А пошто? Чавось ей там делать было — то? Все одно токмо мужиков пруд одобряет, — продолжая удивляться моей непонятливости, нахмурилась домовиха. — Ты, часом, не скудоумная? — неожиданно поинтересовалась она и от предвкушения приоткрыла розовые пухлые губки.

— Не — а… — усмехнулась я, и, широко улыбнувшись, мгновенно разбила надежды домовихи на возможность руководить неумной хозяйкой: — Магичка.

Для наглядности выпустила из глаз парочку иллюзорных фиолетовых молний, истратив лишь маленькую капельку сил. Аграфена мгновенно напряглась.

Мои мужички — домовята как — то рассказывали о женщинах их рода, и я вовремя вспомнила слова Витеньки: «Красавицы они у нас. Хозяйственные шибко, а как же. Но жутко охочие поруководить да пакостей понаделать!» Так что решила не рисковать, а заранее объяснить домовихе кто есть кто в доме.

— Пошто молниями — то швыряешься? Сразу бы сказала, — пошла на попятную, испуганно заблестев глазками, Аграфена. — Я ж завсегда с почтеньем — то к хозяйским супружницам, — обиженно засопев, она вновь огладила свое платье.

Пряча усмешку, я наконец вышла в коридор и, прикрыв за собой дверь, с интересом посмотрела на растерянную домовиху.

— Скажи — ка мне, Аграфена, ты одна в доме обитаешь, или еще есть домовые?

— Одна я, — опять шмыгнула носом домовиха и огорченно вздохнула. — Испокон веков туточки одна… — растратив всю язвительность, она уныло опустила голову.

— Понятно, — задумчиво протянула я. — Раз ты тут давно живешь, то весь дом знаешь?

— А то! — мгновенно воспрянула духом Аграфена. — Как жить — тось и не знать дома — то? Больно часто глупости спрашиваешь… Точно умом не обижена? — не желая расставаться с надеждой, она искоса посмотрела на меня.

— Абсолютно! — твердо ответила я, а после, сделав вид, что нам больше не о чем разговаривать, неторопливо пошла по узкому балкончику к лестнице, ведущей на первый этаж. Уловив за спиной печальный вздох, а затем едва слышимый звук торопливых шажков, улыбнулась: домовиха предсказуемо пошла следом.

Спустившись на первый этаж, я встала чуть поодаль от лестницы и вновь оглядела великолепный зал: здесь, так же, как и на втором, за закрытыми дверями скрывались комнаты. Задумчиво сдвинув брови, я перевела взгляд с одной закрытой двери на другую. Безусловно, мне интересно было детально изучить дом, но и с прудом разобраться очень хотелось! Что за таинственный дух там живет?

Размышляя над словами Аграфены, решила все — таки по — быстрому осмотреть первый этаж, а уже потом пойти к пруду. Недолго думая, широко распахнула ближайшую дверь и удовлетворенно улыбнулась: за ней скрывалась очень уютная столовая. Неспешно подойдя к овальному столу в центре просторного помещения, я по — хозяйски скользнула взглядом по покрывающей столешницу светлой скатерти и близко приставленным мягким стульям. Положив руки на резную спинку одного из них, задумчиво посмотрела на огромное окно, занавешенное бледно — сиреневым тюлем.

«Симпатично тут», — оценила я убранство столовой, и мои мысли перескочили на пруд. Рыжуля, конечно, ошибается: никакого отношения к статусу хозяйки или хозяина дома дух пруда иметь не может. А вот присутствие какого — то неведомого духа, да еще и в дворцовом пруду… Очень, очень любопытно!

— Ты ето… Не стой тут, — неожиданно за моей спиной раздался немного напряженный голос домовихи. Все еще не желая смириться с мыслью, что указывать мне не имеет права, но помня о том, что я магичка, она попыталась прощупать границы дозволенного. — Марта тебя с горничной и швеей по второму ентажу ищут, а ты тут стоишь! Ругается Марта — то…

Плавно обернувшись, я спокойно посмотрела в глаза Аграфене. Бесконечно долго не отводя взгляда, с удовлетворением отметила, как она чуть втянула голову в плечи.

— Госпожа или хозяйка, — очень спокойно сказала я. — Впредь ты будешь обращаться ко мне только так. Это первое. Второе: как и ты, Марта не имеет права давать мне указания. Никогда и никаких. Ты меня услышала, Аграфена?

Прищурившись, я оглядела домовиху, поражаясь тому, как обитатели дома распустились без хозяйского присутствия. Аграфена быстренько закивала, наконец — то осознав, что власть в доме сменилась, и испуганно попятилась. Но остановилась на пороге столовой, к чему — то прислушиваясь.

— Дел — то у меня ишшо больно много. Кличь, коли понадоблюсь, госпожа, — тихим, испуганным шепотом сказала домовиха, признав наконец — таки во мне хозяйку. Низко поклонившись, она, пятясь, покинула столовую и, вновь поклонившись, куда — то умчалась.

— Мда — а… — протянула я и, не торопясь, вышла следом.

Непонятный дух, обитающий в пруду, распоясавшаяся домовиха… Похоже, что и прислуга не горит желанием уважать меня как хозяйку. Марта точно так долго не может заниматься с Элоэ, но не спешит ко мне. Весело тут, однако!