Тут же исполнив распоряжение, девушка быстренько улеглась на спину (даже сложила на груди ручки) и вновь принялась с увлечением рассматривать Итана.

Не обращая внимания на призывные взгляды нашей пациентки, эльф все так же смотрел на поврежденную конечность. Не произнося ни звука, он терпеливо ждал указаний. Доступ к моему разуму у него был, но действовать самостоятельно Повелитель вполне обоснованно опасался. Мало ли чего я еще напридумываю! Моей фантазии и не только на тесак хватит!

«Работаем, — послала мысленное лаконичное указание супругу. — Переходи на внутреннее зрение, — воспроизводя в разуме четкие картинки, как и что делать, я изредка давала дополнительные пояснения: — Определяй фактическую зону повреждения мышцы. Теперь надрез. Ага, все верно. Снимай кожу. Не допускай кровопотери! — быстро забрав из рук Итана отрезанный лоскут кожи и закинув его в ведро, стоящее возле моих ног, продолжила давать указания: — Призывай магию жизни. Восстанавливай поэтапно ткани мышцы. Да, так. Теперь переходи к восстановлению кожного покрова. Все! Ты справился, любимый! Снимай полог».

Облегченно вздохнув, с искренним удовольствием посмотрела на идеально ровную ножку девушки. Работа Итана была безупречна и просто изумительно восхитительна! Лучше и я бы не сделала! Быстренько закрыв разум, широко улыбнулась.

Полуобернувшись ко мне, супруг озорно подмигнул. Сняв защитный полог, едва заметным движением пальцев деактивировал висящий у него над головой шар.

— Операция прошла успешно. Вы здоровы и можете бежать. К маме и папе, — скупо кивнув девушке, Итан встал и, посмотрев на меня, добавил: — Дорогая, знаешь, что ты чудо? — глядя мне в глаза, он нежно улыбнулся и, казалось, приласкал взглядом. — Я выйду. Скоро вернусь. Не хочу смущать нашу юную пациентку

Эльф быстро прошел через кухню и плотно закрыл за собой дверь. Не мешкая, Клеменсия стремительно соскочила со стола. Не обращая на меня абсолютно никакого внимания, резко задрала подол сарафана. Не веря своим глазам, она бесконечно долго рассматривала совершенно здоровую ногу.

— Он… Он просто бесподобен! — ошарашив меня неожиданным выводом, красавица опустила подол и тут же умчалась из кухни.

— Вот и делай добрые дела… — пробормотала я, изумленно глядя на распахнутую настежь дверь.

Не зная, куда деть содержимое ведра, недолго думая, вытряхнула все в печку. Складывая простыни, я поглядывала на все так же распахнутую дверь и злилась.

Со двора доносились веселые девичьи голоса, слышалось басовитое гудение мужчин. Жизнь во дворе старосты бурлила и кипела. Все, похоже, готовились к празднику в честь «магов-избавителей», а я… Я сидела в одиночестве и ждала непонятно чего.

— Ходят где — то… Ну конечно, зачем я им! — бормотала себе под нос, в сотый раз складывая по новой простынь.

Знакомая черная тень мелькнула в дверном проеме. Я, тут же отвернувшись к столу, принялась поправлять уголочки идеально сложенного постельного белья.

— Чем у тебя так воняет? — с отвращением сказал Вася, усевшись возле порога. Подняв переднюю лапу, сильно потер морду и, чихнув, добавил: — Если бы не видел недавно Клеменсию во дворе, решил бы, что ты ее сожгла.

— Хотелось… — пробормотала едва слышно, а потом уже громче: — Кожу я ее, Васенька, сожгла. Ко — жу! — резко повернувшись к съяксу, усмехнулась. — В ходе операции удалена часть кожного покрова. У целителей принято уничтожать подобные вещи… Считаешь, мне нужно было отойти от правил и сохранить кожу юной красавицы на долгую память? Как сувенир? — неотрывно глядя в янтарные глаза, поинтересовалась с сарказмом.

— Ты чего такая дерганая? — с удивлением спросил Василий. — Случилось что? — с нескрываемой тревогой он внимательно ко мне пригляделся.

Тяжко вздохнув, я пододвинула стул. Усевшись, чинно сложила руки на коленях и, посмотрев на съякса, тихонько призналась:

— Вы меня одну оставили. Еще Клеменсия эта! Так на Итана, смотрела, что… Ух! — сердито сжала кулачки. — Вы где — то бродите, а у меня, пока лечила эту… пациентку, живот опустился да малыши толкаться реже стали. Рожать совсем скоро, — испуганно посмотрев на Васю, призналась в сокровенном. — А где и как — неизвестно. Тревожно мне сильно.

Встав на лапы, съякс подошел и положил здоровенную морду на мои колени. Он ничего не говорил. Просто был рядом, разделяя на двоих тревоги и страхи.

Заметив на спине съякса волне себе симпатичный темно — зеленый то ли рюкзачок, то ли ранец, усмехнулась. Хозяйственный Васенька не только где — то умудрился раздобыть более удобную «упаковку» для своего яйца, но уже и переложил его.

Поглаживая теплую шерстку меж ушей, негромко поинтересовалась:

— Вась, а где ты был?

— Вначале твой сон охранял. Знаю, что со стихией пока не получилось, — он раздраженно постучал длинным хвостом по деревянному полу. — Потом контакты с местными налаживал. Ел.