– За кого?
– чуть не подпрыгнула ишан-айи.
– Она же любит этого оборванца Алиджана!

Шейх в раздражении махнул на нее рукой:

– Помолчите, если ничего не понимаете в таких делах... Кто откажется от денег, посланных самим богом? Шадман пожертвовал дочь мазару, то есть мне. Бузрук-ишан хочет жениться на Санобар, уплатив мне большие деньги. Перепадет кое-что и Шадману.

Шейх был сердит - его уже утомило многословие жены. Но ради калыма, который должен был уплатить ему Бузрук-ишан за Санобар, он решил сменить гнев на милость и даже на лесть.

– Вы очень умны. Вам ли не знать, как надо подготовить девушку к замужеству? Постарайтесь уговорить Санобар, я вас очень прошу об этом.

– Ее трудно будет уговорить, - сказала ишан-айи.

– Если Санобар станет женой Бузрук-ишана, вы сразу получите жемчужные серьги и отрез на платье.

– Большое зеркало тоже.

– Хорошо, большое зеркало тоже, - несколько поколебавшись, согласился шейх.

– А Рукии-биби зеркало пока можете не покупать. Пусть наводит на себя красоту, глядясь в мое зеркало.

– Ладно, Рукия подождет.

– Вы разрешите мне навестить мою сестру в Маргилане?..

– Как только продадим Санобар Бузрук-ишану, можете отправляться хоть на месяц.

– Чтобы навестить сестру, мне нужны новые ичиги и калоши.

Кроме того, бархатная моя паранджа уже пообтерлась, стыдишьсп и надевать...

Шейх метнул на жену гневный взгляд. Он только было хотел упрекнуть ее в непомерной жадности, как в дверь заскреблись.

Шейх кашлянул, что означало разрешение войти. В дверь сунул голову кто-то из младших сыновей.

– Ата, явился этот босяк Шадман, пристал назойливо, говорит, что хочет сказать вам что-то важное.

Шейх, отпуская ишан-айи, твердо сказал женщине:

– Все будет так, как мы договорились, если вы добьетесь ее согласия...
– Затем повелительно приказал мальчику: - Веди сюда Шадмана!

Вошел Шадман.

– А-а, это вы, Шадманбай!
– улыбнулся шейх.
– Прошу, проходите, присаживайтесь поближе.

– Ничего, я тут... от порога... Ноги в пыли, ковер запачкаю...

– Нет, нет, садитесь ближе, при чем тут пыль? Что может быть дороже человека и беседы с ним...

Шадман, подвинувшись чуть поближе, опустил голову и сказал:

– Простите меня, таксыр, за то, что я не вовремя побеспокоил вас. Соскучился я по Санобар. Как она? Не плачет?

– А почему ей плакать?
– Шейх пожал плечами.
– Она для меня стала как дочь родная. Я много думаю о том, что надо предпринять для ее счастья...

Шадман смотрел на хозяина дома с обожанием, как на бога.

– Почтенный Шадман-ходжа, - степенно начал шейх, - вы истинный мусульманин, честный человек. Если богу будет угодно, вам уготовано место в раю. Но дочь ваша... В ее душе свил себе гнездо шайтан. Да, кстати, Шадман-ходжа, сколько за вами долга осталось?

Лицо Шадмана опечалилось, помрачнело.

– Долгов за мной много, таксыр. Проявите снисхождение к своему рабу, не гневайтесь.

– Не помню, не считал, сколько там накопилось... Ладно, сейчас нет времени считать, после подробно разберемся. А что касается вашей дочери, то ее надо выдать замуж.

Шадман, кивнув головой, выразил свое согласие.

– Вашу дочь надо выдать за человека состоятельного, за правоверного мусульманина. Он должен уплатить за невесту большой калым.

– Да кто же будет считаться с моим желанием?
– грустно произнес Шадман.

– За Санобар сватается почтенный и всеми уважаемый Бузрук-ишан. Не дав ему определенного ответа, я сказал, что посоветуюсь с вами.

Шадман, не зная, что ответить, молчал.

– Как представляется нашему уму, ваша дочь расцветет счастьем в доме Бузрук-ишана, там взойдет солнце ее жизни.

Бузрук-ишан богат, и для вас это подходящий момент, чтобы избавиться от долгов. И еще кое-что приобрести на черный день.

Шадман-ходжа не верил своим ушам. Он будет тестем Бузрук-ншана? Предку которого поклонялся когда-то хан Коканда Худояр? Да неужели это сбудется?..

– Рахмат вам, мой шейх! За ваши заботы обо мне я буду служить вашей тени и в том, и в этом мире. Я и моя своевольная дочь доставили вам много хлопот. Я ваш покорный раб и не могу не внимать вашим советам.

– Вот это разумные слова.

Шейх вышел из комнаты. Послышался его повелительный голос:

– Эй, кто там?.. Пусть Санобар приведут к отцу!

Санобар сидела в углу комнаты, отведенной ей в доме шейха, и смотрела на ишан-айи, пришедшую уговаривать ее выйти замуж.

– Сжальтесь надо мной! Разве я виновата в том, что люблю Алнджана? Скажите шейху, чтобы он отпустил меня домой!