Зачем отец учил ее, зачем? Ведь мог бы оставить это все, не передавать знания. Даже и браслетов антимагических не нужно, как у классических магов, без знаний сила значения не имеет. Зачем он учил ее?!

Тайра, всхлипнув впервые за последние полчаса, шагнула за калитку. Она не помнила, о чем говорила с Гектором на обратном пути, да и говорила ли. Все ее существо заполняла лишь одна цель – не расплакаться, не выдать себя ни словом, ни жестом. Хотя… нет. Не себя.

Тайра взбежала по крыльцу, так топая ногами, что Джек даже недовольно заворчал, следуя за ней по пятам с тех пор, как она вошла в сад. И ткнулся холодным и мокрым носом в ладонь. Тайра погладила его, пытаясь показать, что все в порядке, а затем толкнула входную дверь и вошла в дом.

Тишина.

Шагнула в гостиную, пересекла ее и заглянула в комнату отца. Она была абсолютно бесшумна, но он все равно услышал, заворочался в постели, приподнялся, а после удивленно замер, когда Тайра подбежала к нему и бросилась на грудь, обвивая руками шею.

– Ласточка?

Самый родной голос. Самый любимый.

– Зачем, папа? Зачем? – спросила она очень тихо и расплакалась, утыкаясь носом в грудь Моргана. Ее отец пах травами и теплым ржаным хлебом.

Самый родной запах. Самый любимый.

– Ты все-таки гадала на Зака, – вздохнул он, обнимая Тайру в ответ одной рукой, а второй стирая слезы с щек. – Не плачь, ласточка.

Она помотала головой. Слезы не иссякали, наоборот, усилились.

– Ты поэтому не хотел, чтобы я гадала? – прошептала Тайра, крепче прижимаясь к отцу. Так, словно он мог защитить ее от правды.

– Нет. Хотя, не скрою, мне было бы легче, если бы ты не знала.

– Мне тоже было бы легче… наверное.

Ласковые губы коснулись виска.

– Вот поэтому, Тай. Чтобы не переживала. Но я понимал, что ты, скорее всего, не выдержишь. В конце концов, – Морган усмехнулся, но усмешка эта веселой не была, – кто еще мог это сделать?

– Я повторила Джону то, что ты сказал. – Тайра поморщилась от навязчивой и противной боли в груди: вспоминать собственную ложь было нестерпимо стыдно. – Про заказ.

– Ясно. – Отец вздохнул и сел удобнее, перетянув ее к себе на колени как маленькую. – Ласточка, я… Я прошу тебя, не переживай. Разве Иниго стоит твоих переживаний?

– Я за тебя переживаю, не за него. Зачем, папа? – повторила Тайра свой первый вопрос. – Я не понимаю. Неужели он так мешал?

– Мешал, – подтвердил Морган, но тут же добавил: – Но я… не поэтому. Так было нужно.

Спросить что-то еще Тайра не успела – отец вдруг коснулся ее лица, заставив запрокинуть голову, запустил ладонь в волосы и прошептал с отчаянием человека, приговоренного к смерти:

– Я прошу тебя, ласточка, выходи замуж за Риана. Не медли, не надо. Мне так будет спокойнее.

– Папа…

В голове роились разом миллионы вопросов.

– Тай, пожалуйста. – Голос был умоляющим. – Ты же знаешь, я никогда не желал тебе зла. Так нужно. Я знаю, я обещал не торопить тебя, но… Тай…

– Это из-за… – Она запнулась. – Моих недомоганий?

– Да.

– Кровь Альго… поможет?

– Должна.

– Папа…

– Тайра. – Он сжал ладони на ее талии. – Потом можно развестись. Главное – выйти замуж.

– А если…

– Нет, ласточка. – Отец опустил голову и прижался своим лбом к ее. – Не будет никакого «если». – В голосе звенела обреченность. – Тай… я не вынесу… Мне плевать на этого Джона, на возможный арест, но ты… Ты должна жить. Пожалуйста, Тай.

Она не ожидала, что разговор так повернется. И замерла, не зная, что ответить. А Морган все продолжал шептать, и гладил ее по голове, и целовал, и вздыхал с таким отчаянием, что сердце кровью обливалось.

– Я никогда не смогу тебя заставить, ласточка. Никогда. Поэтому прошу…

И она сдалась, чувствуя себя раздавленной и уже мертвой – несмотря на желание жить.

– Хорошо. Я обещаю.

В блокноте Зака Иниго не оказалось ровным счетом ничего интересного, кроме забавного предположения о том, что Морган Рид испытывает к Тайре не отеческие чувства. Увидев подобное, Гектор сначала обалдел, а потом расхохотался так оглушительно, что стены отделения задрожали.

Воистину, каждый рассуждает в меру собственной испорченности. Впрочем, эта версия, видимо, не занимала Зака долго – запись с большим знаком вопроса в углу была зачеркнута.

На следующей странице оказались названия городов, откуда когда-то уехал Морган: Граага, Барна, Лирта, Марсана. С датами. И под каждым городом корявым почерком Иниго было накорябано: «Причина?»

Все-таки совсем уж идиотом Зак не был, раз додумался до тех же рассуждений, что и Гектор. Забавно, что он в своем стремлении вызнать что-либо неприглядное о Моргане полез настолько далеко. Это очень напомнило Дайду принца Аарона, который все никак не мог усидеть на своем месте и всю жизнь норовил занять чужое. Так и Зак – не способен был просто жить, забыв о Моргане и Тайре, решил всю подноготную их раскопать. Но, видимо, ничего не вышло – поля рядом со словом «причина» остались пустыми.