– Зачем же отвлекать капитана? У него наверняка очень много других, более важных дел.

– Сразу видно разумного человека, – усмехнулся доблестный страж. – Двадцать золотых.

Я тихо кашлянул, пытаясь замаскировать прилив возмущения, а затем уточнил:

– Двадцать золотых и никто из ваших друзей сюда не лезет.

– Тогда тридцать, – внес ответную корректировку собеседник. – С капитаном поделимся.

– И господин Мальконо не услышит о том, что я вернулся в город.

– Три дня. Дольше – дороже.

– Договорились. Три дня.

Сделка с правосудием сразу же облегчила всем нам жизнь – стражники расслабились, на их лицах возникли теплые и душевные улыбки, а я понял, что в ближайшее время мне действительно ничего не угрожает. Откровенно говоря, за эту уверенность можно было отдать и больше тридцати монет.

– Вот, держите. Можно вопрос?

– Конечно, уважаемый господин, – вежливо кивнул командир патруля, сгребая золото в широкий карман. – Спрашивайте.

– Почему вы сюда вообще пришли? Что случилось?

– Хельгинцы, – помрачнел дознаватель. – Напали на одну из крепостей, сволочи. Говорят, много убитых. Ищем тех, кто мог их заметить.

– Дерьмово…

– Вы тут осторожнее, лучше на улицу не выходите. Если наши будут цепляться, скажете, что все вопросы с сержантом Ганемером уже решены.

– Большое спасибо, сержант. Не ожидал я такого, конечно.

– Никто не ожидал, – вздохнул собеседник. – А дело серьезное. Ладно, парни, уходим.

– Хорошего вам дня, сержант.

– Вам тоже.

Плотно закрыв за стражниками дверь, я вернулся на кровать и еще минут десять неподвижно сидел, переваривая все случившееся. Звезды сошлись абсолютно чудесным образом, выплаченная за спокойствие сумма давала надежду на безопасность в течение ближайших трех-четырех дней, но расслабляться все равно было рано. По-хорошему, следовало дождаться окончательного выздоровления, а затем к чертовой матери свалить из города. Вот только куда и зачем?

Еще немного подумав на этот счет, я решил перебраться в более оживленное место, сунул за пояс меч, после чего спустился к стойке управляющего. Тот выглядел немного встревоженным, однако продолжал держать марку, следя за общим залом и отдавая распоряжения зазевавшимся официанткам.

– Светлого неба. Знаете, что произошло?

– Мы стараемся не вмешиваться в дела стражи. Рад, что у тебя все хорошо.

– Да я не об этом. Слышали о хельгинцах?

– Нет.

– Ладно. Завтрак тут можно получить?

– Конечно. Садись, девочки все принесут.

Решив, что судьба уничтоженного гарнизона пока не является достоянием широкой общественности, я умерил свою прыть и начал действовать в соответствии со своей базовой легендой, разыгрывая линию поведения обычного крестьянина – встревоженного ранним визитом стражи, обеспокоенного новостями и пытающегося как-то сориентироваться в непонятной ситуации.

– Что будете есть, господин?

– Да хрен его знает. Жареного чего-нибудь хочется. Курица найдется?

– Все сделаем, господин. Вам целиком?

– Давайте целиком, погрызу не спеша. И кружку пива.

– Уже несу, господин!

Сделанный заказ позволил мне около полутора часов торчать на одном месте, сначала потягивая слабенькое и не очень-то вкусное пиво, затем обгладывая принесенную курицу, а потом отдыхая от чересчур сытной трапезы. Мимо гостиницы за это время прошло пять обычных патрулей и два отряда солдат – такое количество вооруженных людей я здесь раньше еще не видел, а это говорило о том, что в городе, пусть и негласно, но введено военное положение. С другой стороны, обычные люди все еще ничего не подозревали, хотя и таращились на увешанных броней воинов с легким опасением.

– Видел солдатиков? – неожиданно спросил расслаблявшийся за соседним столиком мужик. – Не знаешь, чего их сюда пригнали?

– Не знаю, – вздохнул я, допивая остатки пива. – Но тут явно хрень какая-то творится.

– Верно говоришь. И стражники по домам рыскают. Не знаешь, кого ищут?

– Не знаю, но ко мне утром тоже заходили. Весь сон изговняли, сволочи.

– Работа у них такая, – философски заметил мужик. – А сам что думаешь?

– Думаю, ехать мне дальше на рудники, или здесь остаться. Тревожно как-то.

– Лучше останься. Если солдаты появились, то это не к добру.

– Да вот мне тоже так кажется.

– Еще пива хочешь?

– Да нет, пойду уже. Вдруг заснуть получится.

– Ну, дело твое…

Несколько следующих часов я провел как на иголках, наблюдая из окна за хаотичными перемещениями солдат, изредка создавая и развеивая файерболы, а также перекладывая с место на место просохшие тряпки. Делать было решительно нечего, однако рядом постоянно витал запах накрывшей город тревоги и мне никак не удавалось отвлечься. Попытки заснуть ни к чему не приводили, в голову лезла чертова уйма самых разных мыслей, память подбрасывала разрозненные картины прошлого вперемешку с обрывочными планами бегства из Алдо…