Вобрав картину боя, в тот же миг бросаюсь Глайдом к товарищу. Мне приходится серьёзно напрячь слух, чтобы уловить почти беззвучный вздох.

Николай ещё жив.

От волнения подрагивают руки, но я выхватываю из кольца регенеративный инъектор ступени D и вгоняю его в шею белобрысому. Его веки подрагивают, но Тай не приходит в себя. Не дожидаясь, делаю укол вторым шприцем.

Сквозь лёд, покрывающий грудь и живот мечника, видно, как глубокая рваная рана медленно зарастает. Монстр, сам того не желая, спас жизнь этого выпивохи. Морозная корка остановила кровь и понизила температуру тела, позволив ему дождаться помощи.

Николай приходит в сознание через несколько минут. Резко открывает глаза и пытается сесть. Мне приходится помешать ему.

— Не спеши, пусть аптечки отработают до конца.

Он кивает и спрашивает:

— Я победил?

— А сам не помнишь?

— Нет.

— Тогда загляни в окно статуса.

Глаза Тая затуманиваются, пока он изучает невидимый мне интерфейс.

— Поздравляю с новым рангом, камикадзе, — хмыкаю я. — Серебро уходит тебе.

— Это был хороший бой, — негромко замечает Драгана.

— Ты-то откуда знаешь?

— Сражение на пределе собственных сил в шаге от смерти. Что это, если не истинная красота?

Тай молча следит за нашей беседой, лишь тихонько вытягивает из кармана банку и со щелчком открывает её.

— Если бы я был твоим лечащим врачом, сказал бы не налегать на алкоголь, когда ты чуть не отбросил коньки. Но я не доктор, так что похер. Пей на здоровье.

Тень улыбки появляется на губах Николай, и он делает основательный глоток, выдыхает и бьёт со всего маха банкой по земле. Фонтанчик пива выплёскивается вовне.

— Я — КВАЗАР! — орёт обычно спокойный мечник. — И я жив, — добавляет он куда тише.

— Ага. Не желаешь в отпуск?

— В отпуск? — удивлённо переспрашивает он.

— Ага. Прибрежный тихий городок. Золотистый песок. Мулатки носят коктейли. Райский уголок.

— Мулатки, значит? — морозным голосом уточняет Драгана.

— Исключительно для моего друга, — ухмыляюсь я.

— Можно, — отвечает Тай.

— Тогда собирай своё барахло, — киваю на труп Кваза, — и погнали.

— Портал просуществует не дольше трёх секунд, — вновь напоминает Ваалис. — Слишком большое расстояние. Не мешкайте.

— Ага-ага, — механически отзываюсь я, проверяя оружие. — Главное, не забрось нас куда-нибудь в океан.

— Знаешь, забрось! — фыркает Драгана.

Ох, чую, тут уже одним свиданием не отделаюсь.

Лидер Пульсаров создаёт пробоину, и под Спуртом я влетаю внутрь. Не отстаёт от меня и Николай. Нужно же кому-то прикрывать мою спину.

Сан Агустин встречает меня узкими извилистыми улочками. Они вымощены булыжником и окружены историческими зданиями. Вокруг сплошные кованые балконы, разноцветные флаги и обилие растительности. Ни снега, ни морозов, будто в тёплую осень вернулся.

Идиллия держится считаные секунды, потому что очень быстро мой нос чует запах крови, соли и рыбы. Уши улавливают крики, животный рёв, стрельбу и звон оружия. Глаза фиксируют мёртвые тела, как людские, так и нет.

— В отпуск, значит? — попивая пиво, с ехидцей произносит Тай.

[1] Эндуро мотоцикл предназначен для активной езды по пересеченной местности и бездорожью.

— Зато нескучно будет, — парирую я и осматриваюсь.

— С тобой скучно и не бывает, — замечает порядком выросший благодаря новому рангу Николай.

Что я знаю про Сан Агустин? Немного. Город расположен на восточном побережье Северной Америки, на полуострове Флорида. Изначально был отстроен и принадлежал испанцам в ходе формирования Новой Испании, но в ходе Трёхсторонней Войны они его уступили британцам. Тем не менее, здесь до сих пор проживает куча латиносов. Немудрено, Куба же рядом.

Сейчас над домами в нескольких местах поднимается дым от пожарищ. Ближайшее здание норовит завалиться от одного неосторожного шага, поскольку его широкая стена, сделанная из светло-жёлтого ракушечника[1], разрушена целиком. Дальше по улице звучит истошный женский крик.

— Наш выход, старик, — говорю я Таю и срываюсь на шум.

Глайд разгоняет тело до немыслимых скоростей. Скольжу вперёд по брусчатке, выставив одну ногу вперёд и слегка присев. В руках револьверы, глаза ищут угрозу. Мимо проносятся старые здания, всполошённая птица замирает в воздухе, хлопая крыльями.

По правую руку от меня стена вспыхивает багровыми мошками угрозы. Из тёмного провала окна неспешно выплывает уродливая морда, чьему комплекту зубов позавидует акула. В клыкастой пасти разрастается синее сияние какой-то способности. Без моего ускорения противник мог бы попытаться достать меня, но сейчас у него нет никаких шансов.