Вам, может быть, сейчас и смешно, а я тогда реально испугался.

Вы на секунду представьте, что у вас во время этого девушка ни с того светиться начинает, как прожектор с футбольного поля, а потом глаза вам деликатно сообщают: «Прости, Гарри, дальше без нас!» Ты понять ничего не можешь, тебя волной накрывает от того, что тебе партнерша делает, с тебя течёт, а потом тут же она у вас в руках выгибается.

Ты ахеревший пытаешься понять, что проиходит, а рядом кто-то булькает.

Я сказал — не смешно!!!

Я тогда реально испугался.

Светку я к дороге как отнёс. Там одновременно подъехали охрана Наумовых и тайная канцелярия. Когда объяснились кто есть кто, Свету, кое-как пришедшую в себя, посадили в машину тайной канцелярии. Охрана Наумовых выстроилась в охранный порядок — один авто сзади, второй спереди.

Ну, а то, что мы спутник сбили, я уже узнал на следующий день.

А что я могу по этому поводу сказать?

Только одно: мы не целились.

Да и обошлось кое-как.

Боюсь представить, сколько долгов на нас могли повесить.

А вот за ту надпись на школе...

Ни слова.

Ни упрека.

Словно так и надо.

Поначалу меня это расстроило. В смысле? Романов видел меня, видел надпись, уверен — он знал, где была Даша...

Ничего.

Меня это расстройство отпустило, когда я за документами для университета приехал через два дня.

Белыми буквами над табличкой «Городская школа для одаренных № 1» была моя надпись. И судя по обшарпанным кирпичам, её уже пытались стереть.

Стоял и с довольной улыбкой смотрел на это.

Часа три, максимум четыре, и надпись будет появляться на случайном месте. Снаружи, внутри, на доске, в преподавательском кабинете, на потолке спортзала...

Эх, юность и глупость.

Но как же приятно, что до сих пор это единственная официально проклятая школа в Российской Империи.

Как бы там ни было, но двигаться надо было дальше.

Я в очередной раз навестил поместье, где мама была с головой погружена в уход за ребенком, а Петя, демонстрируя филигранную выдержку, старался подражать невозмутимому Люциану.

Вообще, у меня были планы осесть на лето в особняке, во время подготовки к турниру «Жёлтых кружевных трусиков», но сначала надо было закончить дела в городе.

Да, квартира-то была съемная.

Да, мне еще надо было что-то решить со свадебным подарком на свадьбу Бори. А про него я вспомнил, когда... Мда.

А там еще и Сидоров, и Люциан оказался...

Так. Погодите.

Давайте по порядку.

Гарри поднялся с пола, на котором сидел в позе лотоса и созерцал составленную схему нового умертвия. Затем он покосился на раскрытый трактат, в котором была принципиальная схема, и снова посмотрел на свою поделку.

— Нет, хрень какая-то выходит, — буркнул он. — Надо пробовать. Если да, то да. Пляшем дальше. Если нет, то надо просто сдать зачёт и вдигать в перед.

Парень огляделся, почесал голову и буркнул под нос:

— Ну и бардак.

Пройдя на кухню, он покосился на гору немытой посуды и плотно набитый пакет с упаковками из-под заказанной из ближайшей кафешки еды.

— М-м-мда. Горничную завести что ли...

Парень сгрёб оставшиеся тарелки, составил в пирамиду на раковине, а затем взял телефон, затерявшийся под брошюрой с рекламой.

— Так... мне нужен материал, — пробормотал он и открыл контакты.

Пролистнув их до буквы «В», он задумчиво уставился на номер Васильева. Затем вздохнул, и пролистнул до буквы «С» и выбрал контакт с именем «Сидоров — мед».

— А почему бы и да?

После непродолжительных гудков, трубку подняли, и Гарри услышал уже знакомый голос:

— Слушаю.

— Это тот некромант. Помнишь?

— Такого хрен забудешь, — хмыкнул в ответ старый знакомый.

— Слушай, как у тебя... с материалом?

— Никак. Уволили. Сдал сменщик, сука.

— Жаль, — вздохнул парень. — А сейчас где работаешь?

— В кафе котлеты жарю.

— Слушай, а там...

— Нет. Хватит. Я как с тобой пересекаюсь, так у меня проблемы.

Гарри недовольно сморщился и покосился на гору посуды и бардак, что он устроил в квартире.

— Слушай, а ты слугой не думал стать?

— Чё? Зачем?

— Ну, родовой слуга, престиж, зарплата... — пожал плечами молодой некромант и заглянул в пустую коробку, в которой когда-то были жареные пельмешки с кисло-сладким соусом.