– Бездарность, – усмехнулась она.

– Я же просил не приходить.

– Мое любопытство сильнее твоих желаний. Ты скоро? Я соскучилась.

– Как только выставка закончится, я позвоню. Тебе нужно уйти. Ее подружка следит за мной.

– И почему ты ей не расскажешь?

– Не время.

Я попыталась разозлиться, но не смогла. Радовало лишь одно: Сара заметила их. Надеюсь, ей удастся убедить Наоми.

Не удалось. Воспоминание так резко сменилось, что я попала на середину разговора. Наоми отчаянно отрицала любое подозрение, связанное с Ачиллом. Это бесполезный диалог, где собственные желания были сильнее фактов.

Воспоминания наращивали темп. Теперь мы у Алонзо. Здесь прозвучал похожий разговор и произошло ровно то же самое. Наоми упорно отрицала очевидное. Вот и подтвердились все мои рассуждения. Наоми желала видеть лишь то, что хочет.

Новая встреча – прежний разговор. Френки потерпел поражение, не успев и рта раскрыть.

Но все же все эти разговоры привели к первому конфликту. Наоми своего не добилась – Ачилл вновь обманул ее.

Рисунок. Сколько в нем боли и отчаяния. Сколько в нем правды. Я увидела глаза, наполненные слезами. Увидела губы, которые вот-вот раскроются в крике. Увидела дрожащие ладони. А после брызги. Отчаянные брызги черной краски, что олицетворяли собой слезы.

Пустая комната. Безразличный голос бросал какие-то фразы. Искусственные стоны отдавались эхом. Скупое «люблю» прозвучало где-то на фоне. Крах уже близок.

Все смешалось настолько, что я едва различала события. Лишь звонок Сары сделал воспоминания более четкими для восприятия. Кажется, она велела мне куда-то прибыть и взглянуть самой. Я понимала, о чем она, а Наоми нет. Она упорно продолжала отрицать очевидное.

Очень странный ориентир «красный дом, черная крыша». Я попыталась опередить очевидное, но Голос пригвоздил меня к Наоми, заставляя заново переживать все те эмоции. Мы блуждали вокруг да около. Наоми не могла решиться, а я больше не хотела ждать. Я попыталась еще раз вырваться из мертвой хватки, но все попытки были тщетными.

Наконец, Наоми решилась зайти. Любопытство сменило страх. Что произойдет со мной после увиденного? Неужели вновь наступит выбор? Неужели я опять выберу смерть? Но ведь Наоми такая жизнерадостная. Из всех моих жизней лишь в этой я живу. Лишь в этой я радуюсь солнцу и новому дню. Нет. Она не совершит такую ошибку.

Дверь приоткрыта. Женский смех коснулся слуха. Сколько же в нем фальши. Дорожка из свечей приковала мое внимание. Не было смысла идти дальше, но мы шли. Наоми обязана убедиться в происходящем. Убедилась.

Равнодушная фраза вызвала истерику. Мрак настиг, и лишь плач дал понять, что воспоминание продолжилось. Вибрация. Настойчивая вибрация разбавляла всхлипывание. Наверное, это Сара.

Огоньки. Их блики застилали взгляд. Я слышала рваное дыхание рядом с собой.

– Если бы я могла никогда…

Что никогда? О чем она говорит?

И снова свет фар ослепил. Мощный сигнал ударил по слуху. Визг шин. Темнота.

Туман.

– Я умерла?

– Да.

– Но ведь в конце не было выбора!

– Ты же знаешь, что он был.

– Как это произошло? Почему вы обрываете воспоминания?

– Ты выбежала на дорогу, по которой ехал грузовик. Детальные воспоминания не позволяют обрести душе покой.

– И что же будет, если я его не обрету?

– Ты застрянешь здесь.

– Здесь, это где?

– В вечности.

– Вы постоянно говорите загадками!

– Я могу назвать это место больницей, но суть не изменится. Не обретя покой, ты навечно будешь бродить по коридорам со знанием прошлого. Ты навечно будешь изводить себя собственными жизнями и молить о том, чего не смогла обрести.

Я вздохнула, сложив руки на груди. Перспектива застрять в этом месте не из лучших.