Шрифт:
— Ну что-что… Совет вам да любовь, мои голубки! — рассмеялась Галина. — Нет, я шучу, конечно, до свадьбы рано. Но Роман, судя по всему, мужчина настойчивый. И этим уже мне нравится! Да и твои глазки заблестели впервые за долгое время… Чует мое подружечье сердечко, что это не последнее ваше тренировочное свидание.
Подруга явно намеренно выделила слово «тренировочное».
Катя издала смешок: она помнила, как еще совсем недавно Галочка грозилась повыдирать «этому Амуру» все перья и засунуть их в причинное место, ведь он посмел обидеть ее любимую Катюшу.
— Тьфу на тебя, — махнула рукой она. — Я тебя уверяю, он больше обо мне и не вспомнит. Ну, то есть вспомнит, но как о клиентке.
И тут Катин телефон пиликнул.
Сообщение было от Романа. Сердце вдруг быстро забилось.
«Катя, добрый вечер. Как вы смотрите на свидание с мужчиной в эту субботу? Анкету пришлю отдельным файлом».
Почему-то вдруг стало тоскливо. Но перед глазами тут же возникло лицо Павлика, который тянул к ней свои губищи, и она тут же напечатала:
«Я согласна. Буду ждать анкету».
Глава 19. Закрепить результат
«Я согласна. Буду ждать анкету».
Амурцев резво вскочил из-за стола и начал мерить свой рабочий кабинет шагами.
«И минуты не прошло, как ответила. Это что же получается — тренировочный ужин не сработал, раз даже не сомневалась?» — скрежетал он зубами.
Еще и Регина внесла свою лепту. Скорее всего, Катя подумала: между ним и Мирной что-то есть. Надо разубедить.
Теперь план Лаврова казался ему не просто плохим, а ужасным. Это ж надо было додуматься — собственными руками толкать свою зазнобу в руки другим мужикам? А ну как те станут на нее посягать?
Или она, чего доброго, решит согласиться на то, что дают?
Роман представил, как кто-то лапает его Карамельку, и зарычал. Нет, она его и только его, пусть пока этого и не осознает. Ничего, он даст ей время.
«Неделю!» — скомандовал внутренний собственник.
Амурцев издал нервный смешок и покачал головой. Как бы ни хотелось согласиться с этим голосом, он понимал: Катя не готова и сделает всё, чтобы отношения не сложились.
Так что признаваться в симпатии сразу можно, только если его цель — окончательно и навсегда отдалить ее от себя.
Роман крутил в руках зажигалку и размышлял, что делать. Он вообще в последнее время, кажется, слишком много размышлял. Голова уже пухла от мыслей, покоя не было даже ночью; приходилось пить мелатонин, чтобы уснуть.
Он открыл зажигалку и щелкнул ею. Тут же услужливо вспыхнуло синеватое пламя, а вместе с ним и идея: надо закрепить результат.
Да, именно так он и сделает.
«Е-мое, а анкету-то так и не отправил», — чертыхнулся про себя Роман и зашагал обратно к столу.
***
В субботу вечером Катя неспешно собиралась на свидание. Только уже не тренировочное, а очень даже настоящее. Поджилки тряслись, когда представляла, как ее внешний вид и внутренний мир будет оценивать Никулин Игорь. Так звали сегодняшнего кавалера.
«Успокойся, дыши! Никто не заставляет сразу делиться сокровенным», — успокаивала себя она.
Почему-то вспомнился улыбающийся Амурцев, в компании которого практически сразу почувствовала себя вполне комфортно. Сердце тут же сжалось, но Катя отогнала видение. Вместо того чтобы воскрешать образ Романа в голове, лучше забыть его, и желательно поскорее.
«Всё пройдет как по маслу, — повторяла как мантру Катя. — Нужно лишь дать шанс и ему, и себе. Ну а волнение перед свиданием — обычное дело. Покажите-ка человека, который ни капелюшечки бы не переживал!»
Перед выходом она окинула себя взглядом в зеркале и осталась довольна увиденным. Каштановые волосы, выпрямленные утюжком, лежали волосок к волоску. Ровный тон лица, ненавязчивый макияж и блеск для губ. Зеленое приталенное платье завершало образ и подчеркивало фигуру.
— Ну, Кокос, пожелай мне удачи! — проговорила она развалившемуся в коридоре коту. Тот сверкнул оранжевыми глазами и что-то мяукнул в ответ.
— Да, я тоже думаю, что всё будет хорошо, — улыбнулась Катя и вышла.
Она давно для себя решила: нет ничего странного в том, чтобы разговаривать с собственным котом. Переживать стоит, только если он что-то скажет в ответ.
Пока ехала в ресторан, рассматривала фото Игоря в телефоне. Назвать его мужчиной ее мечты язык не поворачивался, но симпатичным — вполне. Светлые волосы, короткая стрижка, волевой подбородок, прямой нос и обычные губы — ни толстые, ни тонкие. Портил впечатление разве что цвет глаз. Они были настолько светлыми, что казались практически бесцветными, и оттого создавалось слегка пугающее ощущение.