— Мираж?

— Вот, смотри. Разница между нагретыми слоями воздуха — и мы получаем здесь отражение предмета, который находится — там.

Таня сунула под нос Салее картинку с миражом. Потом вчиталась в раздел.

Уныние было забыто.

Создавать на громадном расстоянии линзы — одно.

А вот играть слоями воздуха… это — намного легче. Должно получиться!

Салея попробовала один раз, второй…

Действительно, сил уходило куда как меньше, а результат… на доли секунды над участком тайги возникала громадная линза. И тут же исчезала, чтобы не натворить бед. Воздушная, понятно, линза.

— Интересно, не так ли пошли истории о Тунгусском метеорите, — задумалась Таня.

— Это что?

— Это у нас, в тайге было… только до сих пор никто не знает, что это такое.*

*- версий столько, что на энциклопедию хватит. А вот доказательств — нет. Увы. Прим. авт.

Салея заинтересовалась, а потом махнула рукой.

— Я уже не успею узнать, что это было. Жаль. Может, я бы смогла что-то придумать…

Таня кивнула. Да, они уже не успеют. Но хватит и того, что у них уже есть. Линза — есть. Пока пробная, но Салея создает ее уже спокойно. А вот что будет на Дараэ…

Что-то будет.

Девушке было страшно, но завтрашний день неуклонно приближался.

Нельзя сказать, что именно этот день чем-то отличался от всех остальных. Таня держалась изо всех сил.

Душ, завтрак, одеваться — и бежать. Сегодня — сразу в Лес.

Некогда, все — некогда.

Людмила Владимировна обещала позвонить в колледж и еще раз напомнить про отсутствие девочек. Таня потом сдаст зачеты.

Лея…

Бедная девочка. Но тут они уже ничего не могут поделать. Людмила Владимировна видела, во что превращается друидесса, и ей становилось страшно.

Дубовая Корона — не самый безобидный артефакт. И жажда крови в глазах Салеи пугала по-настоящему.

Недаром справиться с этой силой может только взрослый человек, который все осознал и отвечает за свои поступки. У других она просто не сработает. Не созреет.

А если напитать ее кровью — убьет.

Эх, да что уж теперь!

Людмила Владимировна обняла обеих девочек и перекрестила. А вдруг поможет?

Старейшина Мирил не церемонился с пилотом.

Прилетевший флаер опустился на поляну — и стоило крышке открыться, как внутрь тут же метнулись гибкие лианы. Оплели, стиснули, задушили прорвавшийся вопль… во всех смыслах задушили.

Труп увлекли под корни дерева, не забыв вылущить его из летного костюма. А вдруг пригодится?

Теперь оставалось только ждать. Ну и…

Их было двести двенадцать человек. Тех, кто не захотел уходить.

Тех, кто собирался умереть, чтобы дать шанс своему народу.

Мирил махнул рукой и дал всем свободный доступ в святилище. К церемониальному дереву. Даэрте по очереди подходили к нему, ранили ладони о бугристую кору, поили его своей кровью. Сегодня это дерево есть Лес.

Лес есть Дараэ.

Дараэ — жизнь и смерть даэрте… сегодня многое решится. Никто из них не колебался, никто не собирался отступать. Выбор был сделан.

Такси.

Лес.

Таня кусала губы что есть сил. Не получалось у нее оставаться бесстрастной. Никак.

Вот и даэрте. Сегодня все, кто уже перешел, все здесь. На них ляжет основная нагрузка. Они будут помогать другим даэрте. Тем, кто сегодня поменяет планету, Лес и даже название — возможно. В чем-то и образ жизни, и традиции…

Вот и Хранитель, и страшенная медвежья морда тычется в локоть. Кому-то одного вида хватило бы для вечного недержания. А Тане уже все равно, она разве что клыки чуточку отпихнула, чтобы куртку не порвал. Та хоть и кожаная, и мотоциклетная, но вы видели, КАКИЕ там клыки? Саблезубые тигры плачут — и помирают от зависти.

Салея остановилась на поляне. Взмахом руки приказала даэрте подойти поближе.

— Сейчас вы рассредоточитесь. Когда прибудут остальные, окажите им помощь, расскажите обо всем, что вы узнали. Постарайтесь помочь и позаботиться. В остальном — слушайте мою сестру, Татьяну. Она поможет и подскажет. Я сейчас официально передаю ей свои полномочия. Пока не родится новая королева.

Салея медленно подняла руку, коснулась Дубовой Короны. И от нее отделился золотистый желудь.

— Держи, сестренка.

Таня послушно протянула руку, понимая, что не время спорить. И золотой желудь впечатался в ее ладонь намертво, словно застыв в коже.

— Когда родится новая королева — он уйдет к ней. А пока потерпи, хорошо?

— А я ее узнаю? Увижу?

— Ты же не бросишь мой народ, — Салея даже не сомневалась в своих словах. — И увидишь, и узнаешь. Это будет быстро. Может, год или два, а пока — потерпи.