– Там никого нет, – сказал он. – Пойдем. Держись за моей спиной.

Винтовку он не опустил и был готов в любой момент выстрелить. Си Пи вышел на крыльцо. Мэтти шла следом.

На поляне было пусто. Повсюду виднелись следы. Она различила отпечатки собственных маленьких ног; рядом словно прошел трехногий человек – это Си Пи нес хромавшую Джен, которая подволакивала ногу. Увидела она и следы Уильяма: большой отпечаток правого сапога и рядом – полоса от левой ноги, которую он волочил. Значит, хрусть-вжух ей не послышалось. Уильяму покалечили ногу, и он хромал.

К окну столовой вели гигантские отпечатки лап; тут и там виднелись кровавые полосы. Судя по следам, зверь ушел в лес в направлении ручья.

А вдруг он нас там поджидает? Вдруг он знает, что мы можем спуститься с горы, только следуя течению ручья?

– Думаешь, он там? – спросил Си Пи.

Мэтти покачала головой.

– Я его не чувствую.

Это была правда. Прежде, когда зверь приближался, она всегда ощущала его присутствие почти на бессознательном уровне.

– А сердца нет, – сказала она, оглядевшись.

Си Пи побледнел.

– Думаешь, он за ним вернулся? Или… может, хотел посмотреть, как мы отреагируем?

– Не знаю, – ответила Мэтти. – Он ведет себя не как обычное животное.

«Зверь вырвал сердце, чтобы унести его в коллекцию», – подумала она, но не хотела напоминать Си Пи про пещеру.

– Но сейчас, как думаешь, он здесь?

– Нет, – сказала Мэтти, хоть и не испытала облегчения при этой мысли.

– Я сейчас вернусь. – Он опустил винтовку и пошел за дом.

Мэтти осторожно спустилась с крыльца и осмотрела следы на снегу. Следы Уильяма вели прочь от хижины в лес; обратно он не возвращался.

«Может, он мертв», – подумала она, но знала, что не поверит, пока не увидит его тело.

Может, он там лежит, за деревьями. Если пойдешь по тропе, найдешь его там с вырванным сердцем и глазами-ледышками, застывшими уже навсегда.

Мэтти вышла на середину поляны и лишь потом спохватилась; мысль о мертвом теле Уильяма манила ее, как мелодия крысолова из Гамельна. Она шла и не могла остановиться – потому что хотела, чтобы это было правдой. Чтобы монстр, отнявший у нее жизнь, сгинул навеки.

– Эй, ты куда?

В голосе Си Пи слышалась тревога; он бежал к ней через поляну, но она не могла подождать его и не могла ответить.

– Стой! – воскликнул он, схватил ее за плечо и заставил взглянуть на него. – С ума сошла? Куда идешь одна?

– Уильям, – пробормотала она.

Си Пи нахмурился.

– Только не говори, что за него переживаешь.

Мэтти покачала головой.

– Хочу узнать, жив ли он. Может, он умер. Он палил из винтовки, а потом вдруг перестал. И я не верю, что он перестал бы стрелять по зверю, если у него была возможность его убить.

Си Пи, кажется, понял, и на лице его мелькнула жалость. Но Мэтти было все равно. Ей хотелось знать, мертв ее монстр или нет.

– Ладно, – сказал Си Пи. – Давай осмотримся немножко. Но я не хочу уходить далеко. Не хочу оставлять Джен одну в хижине.

Мэтти совсем забыла про Джен.

– Ей лучше?

Си Пи покачал головой.

– Она все еще спит и, кажется, немного согрелась, но за всю ночь не издала ни звука. Она словно в коме, но отчего? Не могу взять в толк.

– Может, нам не стоит… – начала Мэтти.

– Нет, ты права. Надо попытаться выяснить, что произошло вчера ночью. Но лучше не задерживаться здесь надолго.

Они прошли по следам и углубились в лес. Си Пи нашел несколько гильз. На снегу повсюду были пятна крови и следы, а потом вдруг они исчезли, и перед Си Пи и Мэтти протянулось гладкое белоснежное поле, нетронутое, не считая крошечных отметин кроличьих лап.

– Куда они делись? – спросил парень. – Прошли сквозь портал? В потайной ход в дереве?

То же самое было, когда Мэтти наткнулась на мертвую лисицу. Следы на снегу словно испарились, как будто медведь – тогда они еще думали, что это медведь, – взлетел наверх. Она подняла голову, ожидая увидеть на стволе дерева отметины когтей.

И закричала.

Я должна была понять, должна, должна была понять, что это случится, ведь это уже случалось раньше, я видела такое раньше.

Си Пи тоже посмотрел наверх, и она услышала, как он произнес:

– О боже. Ох, черт. – Он зашатался, и его затошнило.

На дереве висел Гриффин. Зверь подвесил его за внутренности. Мэтти увидела зияющую дыру в его туловище; зверь вырвал все его внутренние органы. Остатки рубашки и куртки висели на нем, как изъеденный молью саван.