Без… авторов.

Черные обложки. Зачарованное серебро на них, словно тот, кто создал, боялся, что эти опасные знания возьмут да и выберутся. И не зря боялся. С зачарованными книгами и не такое случается.

Но…

— Заклятая, — сказала я с чувством глубокого удовлетворения. — Ты — заклятая душа. Заменная. Подменная.

Розалия хихикнула.

И язык показала.

— От Розалии осталось хоть что-то? Хотя… наверняка. Иначе бы почуяли. А так ты её выпускала, сама же пряталась… потому и не увидел никто и ничего. И не понял. Сама Розалия ни силы не имела, ни… а ты пряталась. Все время.

— И не увидят, — с уверенностью произнесла Розалия. — Время, девонька. Время выходит… не наше — её вот.

И на Святу указала.

Ладно.

Здесь её взяла, но… зачем заклятой душе источник? Или… так, вспоминай, Янка, что там было. Это не совсем по теме. Тема того реферата общей была, о ритуалах темной эпохи или что-то вроде, главное, книги я прочла просто потому… потому что это было интересно.

И обидно.

У кого-то есть такое сокровище, а он, вместо того, чтобы пользоваться, просто вот так, бросает.

Не то.

Идем.

И листья шелестят, что под ногами, что над головой. Протяжно скрипит ствол, и кажется, что дуб, очнувшись от многовекового сна того и гляди потянет корни из земли, выберется, чтобы…

— Вот, — сказала я. — Привела. Там… источник.

Розалия…

У нее наверняка другое имя. У души.

…и ежели дева, даром обделенная, желает обресть его, то надобно ей…

Кто провел обряд?

Розалия?

Кто-то… иной?

Розалия сделала шаг.

И я заступила дорогу.

— Заклятье, — жестко сказала я. — Ты обещала…

— Обещанного три года ждут! — она толкнула меня в грудь, и удар был такой силы, что я не удержалась на ногах, полетела, запнулась о корень и рухнула в мягкий ковер из листьев.

…клялась.

Именем.

Только у заклятой души нет имени.

…отыскать черен камень, окроплен кровью, овеян смертию. Узнать таковой можно по приметам особым, как то…

Воздух из груди выбило.

И больно стало там, внутри. Но нет, я… я не позволю вот так. Я встать должна…

…привести к камню тому деву-юницу, крови первые уронившую, аки дар тому, кто врата хранит.

Встать.

Руки елозят по листьям. И сесть тяжело, и надо, надо… в груди огнем горит. Но я сумею. Я…

…а следом — дитя некрещеное залогом души…

— Ты… — из груди вырывается кашель, и что-то мокрое по губам течет, но я вытираю. — Ты… что ты хочешь?!

Розалия на коленях. Она дергается, скребет руками, елозит ногами, только глубже проваливаясь в листву. И я не сразу понимаю, в чем дело.

Она… ползет?

Ползет!

И не двигается с места. Она… тянет руки, и казалось бы вот оно, озерцо черной воды, до которой дотянуться можно, да никак. Пальцы почти касаются берега, и…

— Отдай! — её голос-вой разносится над поляной. — Пусти… отдай… оно ведь не твое! Оно тебе не нужно! Оно только травит, травит…

Руки Розалии вздрагивают и сама она падает в темные листья. Скребет по ним руками, проваливается, и кое-как встает на ноги.

— Хорошо! Я сниму! Снимаю!

Она запрокидывает голову и хриплые слова карканьем вырываются из глотки.

…и ежели исполнить все образом должным, сказавши слово тайное, а каковое, того не след помнить бумаге, равно и людям, явится на зов твой хозяин места заповедного. И поклонись ему тогда третьей душой.

А следом падает Свята.

Навзничь.

Широко распахнув руки, и рыжие волосы её ложатся огненной короной вокруг головы.

– …снимаю! — Розалия взмахивает руками и поворачивается ко мне.

Страшна она.

Третьей душой.

Третьей.

— У тебя не было третьей души, верно? — я смотрю в безумные эти глаза, выискивая в них ту, что пробудила к жизни тварь. — Или оказалась она не той, что нужно? Вот ты и… что? Предложила собственную? Кредит с отсрочкой платежа? На сколько?

— Ты…

— Семью семь лет?

— От… откуда…

— И он принял. Или она? Не важно. Главное, что договор был заключен. Чего ради? Силы?

Она стоит, покачиваясь. И не смея двинуться. А я… я подхожу к Святе. Хоть бы жива была, хоть бы…

— Вырваться… она хотела вырваться, глупая девчонка… красивая, но бедная… её присмотрел один там… из местных. Там, на границе, все иначе. Если глянулась кому, то купят… и её хотели… старик, но с деньгами. И родители рады. Богатый выкуп. Да… а она не хотела к старику.