— Что молчишь? — взвизгнул горбун, не поднимая головы.

— Я… Я не понимаю, что происходит, — просипел змеелов. — Кто ты?

Горбун громко щелкнул тонкими пальцами.

— Ловишь белую кобру, ага? Змеелов кивнул.

— А зачем ко мне пришел? Я помогать не буду, ага.

— Постой… Это ты пришел ко мне!

— Ты глупость, ага. Под землей живу я, ага, ага.

Змеелов посмотрел по сторонам. Вокруг были стены, обитые старыми, потемневшими от времени досками. За спиной он увидел тяжелую низкую дверь.

Голова закружилась, и он опустился на пол.

— Как я попал сюда? — выдавил из себя змеелов.

— Поймай кобру, ага.

— Скажи, как я попал сюда? Кто ты? Зачем я здесь?!

— Поймай кобру.

— Она нужна тебе? Тот человек в городе… Он тоже проводник?

— Поймай кобру, ага, — монотонно пробубнил горбун и хрустнул суставами пальцев.

— Если я не поймаю ее, ты убьешь меня?

— Смерть может быть разной, ага.

— Что ты имеешь в виду?

— Поймай кобру.

— Что ты заладил, поймай кобру, поймай кобру? — первый испуг прошел и теперь змеелов начинал злиться. — Если ты появился, значит, тебе это было зачем-то нужно… Говори зачем?

— Ты глупость, глупость, ага. Сам пришел и сам спрашиваешь. Уходи, ага, — голос горбуна снова сорвался на визг.

— Як тебе не приходил! Это ты явился ко мне. Это твои шаги я слышал!

— Спорит, спорит… Кобра — ключ, ага. А теперь убирайся! — Горбун нетерпеливо щелкнул пальцами.

— Ключ к чему?

— Уходи, уходи, уходи!

— Но скажи…

— Убирайся, убирайся, убирайся!!! Змеелов поднялся с пола. Больше всего ему

хотелось сейчас схватить горбуна за шиворот и несколько раз хорошенько стукнуть головой о стену. Но что-то подсказывало ему, что из этой затеи ничего не выйдет.

Он устало шагнул к двери и налег на нее плечом…

За порогом хижины занималось утро.

Когда солнце поднялось над горизонтом, к хижине подошла девушка, чтобы проводить к старому охотнику. Змеелов развязал еще один узелок.

Хмурый и растерянный, он шел рядом с ней, пытаясь найти хоть какое-то объяснение случившемуся. Но ничего толкового в голову не приходило. Наоборот, чем больше он размышлял об этой встрече, тем запутаннее все становилось.

— Что с тобой? — спросила девушка. — Ты плохо спал?

Змеелов что-то пробурчал в ответ.

— Не хочешь говорить?

— Нет, — резко сказал змеелов. Но, увидев, как задрожали губы у девушки, мягко добавил: — Пока нет… Я сам ничего не понимаю… Сперва мне нужно поговорить с твоим отцом.

— Хорошо, — девушка опустила голову, — я не буду тебя ни о чем спрашивать. Я хочу, чтобы ты был всегда мной доволен.

Змеелов остановился и нежно провел рукой по ее волосам.

— Прости, что был груб с тобой… Ты этого не заслужила. И… я всегда буду доволен тобой. Что бы ты ни сделала.

— Даже если я буду задавать ненужные вопросы или сотворю какую-нибудь глупость?

— Даже тогда.

— Это хорошо. Потому что я не знаю, как нужно себя вести с мужчинами. Я была совсем маленькой, когда умерла моя мать. И она не сумела меня ничему научить.

— Тебя не нужно ничему учить.

— Нет, нужно… Я хочу, чтобы ты всегда был доволен мной. Каждый день. Каждый час.

— Я всегда буду доволен тобой.

— Но все-таки, если я сделаю что-то не так, скажи мне об этом. Только… Не так, как ты сказал это «нет». Мне вдруг стало очень больно…

— Прости, — змеелов привлек девушку к себе и поцеловал ее волосы, — прости. Я слишком долго жил один, чтобы быстро научиться думать о других… Прости. Больше такого не повторится…

— И ты прости. Я не буду больше задавать ненужных вопросов… Вот только мне нужно научиться разбирать, где нужные вопросы, а где нет.

— Это придет со временем…

— А оно у нас будет? — Девушка доверчиво посмотрела на змеелова.

— Я изо всех сил буду стараться, чтобы у нас с тобой было много-много времени впереди. Целая вечность.

— Вечность — это много… Я смогу тебе надоесть, и тогда ты найдешь себе другую женщину.

— Но ведь и я могу тебе надоесть.

— Нет. Сейчас ты сказал глупость, — девушка весело рассмеялась. — Ты никогда мне не надоешь… Даже за тысячу вечностей.

— Ну что ж, — сказал змеелов, выпуская девушку из объятий, — чтобы у нас с тобой была впереди тысяча вечностей, мне нужно поговорить с твоим отцом.

— Но ты ведь не уйдешь сразу после этого?

— Нет, — он коснулся губами ее лба, — сегодняшний день мы проведем вместе.